Новости по теме

<font>Часть I. Политика</font>.<br>Глава 1. Российские политические партии и антисемитизм

Настоящий материал (информация) произведен и (или) распространен иностранным агентом РОО Центр «Сова» либо касается деятельности иностранного агента РОО Центр «Сова».

Данная часть нашего исследования посвящена анализу места антисемитизма в идеологии и пропаганде широкого спектра партий политического "мейнстрима" современной России. Конечно, бесполезно было бы искать проявления юдофобии у политиков либерального и центристского лагеря. Однако в силу целого ряда причин антисемитизм - довольно заметное явление у организаций, придерживающихся националистической идеологии, даже в самом умеренном ее виде.

В этой главе речь пойдет о заметных на политической арене страны силах. Конечно, у крупных партий, представленных в парламенте и пользующихся широкой популярностью у населения, антисемитизм выражен не так откровенно, как у маргинальных неонацистских группировок. Однако сам факт того, что партии с заметным антисемитским элементом в идеологии являются частью политического "мейнстрима" не может не насторожить. Да, речь, конечно, идет не о брутальных призывах к уничтожению евреев. Антисемитизм крупных партий носит завуалированный, не сразу бросающийся в глаза характер. Но в этом его свойстве тоже кроется серьезная опасность: закамуфлированный антисемитизм тем самым приобретает "респектабельность", легитимность в рамках политического поля.

Сегодня, после более чем десяти лет существования постсоветской российской демократии, очевидно, что страна избегла опасности сползания к национал-радикальному ("фашистскому") состоянию. Тезис о "Веймарской России"(1), выдвинутый по аналогии с Веймарской Германией в начале 1990-х годов, не оправдал себя. Глядя из 2003 года, можно уверенно констатировать, что мощнейшие авторитарные и ксенофобские настояния у значительной части населения не обеспечили победу шовинистическим силам, а выбрали другие направления для своего развития. Власть оказалась жестче, чем в Германии в 1920-х годах, а общество - устойчивей. Последнее время и сами национал-экстремистские организации стремительно теряют даже те шаткие позиции, которые им удалось занять к середине 1990-х годов.

В организационном плане национал-радикалы на настоящий момент представляют собой довольно жалкое зрелище. Однако национал-патриотические идеи в их умеренном варианте, не предполагающем в явном виде насилия и масштабных нарушений прав человека по этническим, религиозным или политическим признакам, по-прежнему очень широко распространены в обществе. В политическом спектре националистические идеи эксплуатируются как национал-популистскими движениями, так и коммуно-патриотическими.

При рассмотрении столь сложного вопроса, как влияние национал-радикальных ("фашистских") концепций и подходов на идеологию крупных политических партий в России следует быть максимально осторожным и не впадать в крайности. С одной стороны, конечно, нет объективных оснований утверждать (как это делают некоторые уважаемые, но излишне эмоциональные публицисты и исследователи), что Геннадий Зюганов или Владимир Жириновский - это "фюреры" российских "фашистов", которые рвутся к власти (и уже весьма близки к ней), чтобы устроить на территории страны огромный концлагерь. Но с другой стороны, нельзя игнорировать многочисленные и весьма серьезные национал-радикальные и ксенофобские элементы в идеологии и пропагандистской риторике целого ряда влиятельных российских политических лидеров.

Среди разнообразных элементов национал-радикальной идеологии, "контрабандным путем" проникающих в область "большой политики", нас интересуют проявления осознанной враждебности к еврейству. В принципе, националистическая позиция, даже радикальная, вовсе не означает антисемитизма в обязательном порядке. Существование свободной от юдофобии, но при этом ультра-националистической организации, вполне возможно - теоретически. Однако в силу целого ряда причин (не в последнюю очередь - под давлением отечественной политической традиции), на практике большинство российских национал-патриотов в той или иной мере все же являются антисемитами. А вариативная юдофобская мифология и вовсе есть прерогатива праворадикальных кругов, которые выступают в роли "мозгового центра", порождающего и пропагандирующего теорию еврейского заговора. Как круги от брошенного в воду камня, эта антисемитская мифология расходится из породившего ее центра широко по идеолого-политическому пространству. На периферии этих кругов идеи теряют внутреннюю логику, а зачастую - и радикализм, сохраняя отдельные урывчатые обвинения и негативный эмоциональный заряд. Именно в виде таких разрозненных элементов антисемитизм присутствует в идеологии и пропаганде значительной части крупных российских политических партий.

Эта глава призвана бегло осветить весь спектр крупных политических организаций в современной России, в идеологии которых заметное место занимает антисемитизм, или которые используют антисемитские нотки в своей пропаганде. Последнее предварительное замечание носит методологический характер. Бесполезно искать антисемитские положения в официальных программах политических партий (за исключением группировок, не претендующих на реальное участие в политике, таких, например, как Русская партия России Виктора Корчагина). Но дело не только в этом. Программы сами по себе вообще мало что говорят о реальной позиции, занимаемой той или иной политической группировкой в современной России. Чаще программные положения партийной идеологии носят формальный характер - их пишут для Министерства юстиции, а не для населения. Избиратель (речь идет об идеологизированном избирателе, который вообще голосует мотивированно) голосует не за "программу" (которую, как правило, не читают и сами члены партии), а за позицию, высказанную лидером или напечатанную в партийной прессе. Исходя из этого, мы сосредоточились именно на высказываниях политических лидеров и анализе изданий, что должно помочь нам разобраться в позиции тех или иных партий по "еврейскому вопросу".

1.1. Лево-националистические (коммуно-патриотические) партии

В ситуации, сложившейся в постсоветской России, крупнейшие коммунистические организации, традиционно придерживавшиеся интернационалистической позиции, сдвинулись "вправо" и заняли место в довольно консервативной части политического спектра (1). В случае с Коммунистической партией Российской Федерации (КПРФ) такое смещение вправо сопровождалось и практическим отказом от отстаивания левых идеалов в экономике, по крайней мере в радикальной форме. Подобной эволюции взглядов по экономическим вопросам не произошло с радикальными неосталинистскими группировками - и они, несмотря на эксплуатацию имперско-советского патриотизма, обладают куда меньшей популярностью в обществе(1).

Вполне очевидно, что позиции классических коммунистов-интернационалистов в России крайне слабы. Большинство группировок, называющих себя "коммунистическими", и изданий, на них ориентированных, в большей или меньшей степени склонны к эксплуатации национально-патриотической риторики, апеллируя либо к традициям сталинского имперского национал-большевизма, либо к "советскому патриотизму" 1970-1980-х годов ушедшего столетия. В акцентировании патриотической темы большинство современных российских коммунистов (вернее, коммуно-патриотов) вполне сходятся с националистами. Очевидно при этом, что если с точки зрения позитивной платформы точек пересечения меньше (далеко не все националисты склонны позитивно оценивать советский период отечественной истории и власть Коммунистической партии Советского Союза), то с точки зрения эксплуатации негативных образов общих тем больше. Среди различных форм ксенофобии, утвердившихся в коммуно-патриотической пропаганде (например, антизападничество и американофобия), прочное место занимает и антисемитизм.

Антисемитская позиция вполне логично вписывается в современную коммунистическую идеологию. Умеренный антисемитизм во внутренней политике и громко декларируемый антисионизм во внешней как у обывателей, так и у политиков зачастую ассоциируется (и вполне оправдано) с позднесоветским режимом. Поэтому общественные деятели, настроенные прокоммунистически, положительно относящиеся к советскому периоду отечественной истории, нередко эксплуатируют антисемитскую риторику.

Помимо сильных традиций советского антисионизма, важную роль играет другой фактор. Коммунисты в современной России занимают консервативно-охранительную нишу и позиционируют себя в первую очередь как авангард "народно-патриотических" сил. Поскольку очень условно либералы могут быть названы "западниками" современного политического спектра, то коммунисты "от противного" перешли на позиции "славянофильства", потеснив на этом поле классических национал-патриотов. На протяжении всего постсоветского десятилетия ортодоксальные националисты (если не причислять к таковым национал-популистов типа Жириновского) достигали сколько-нибудь заметных политических успехов только в блоке с коммунистами и "советскими патриотами" в рамках широких коалиций. В начале 1990-х годов такими коалициями были Русский национальный собор (Г.Зюганов был сопредседателем Думы - руководящего органа Собора; в руководство РНС входили откровенные неонацисты, например, Александр Баркашов) и Фронт национального спасения (коммунисты сталинистской ориентации играли в ФНС ведущую роль; из заметных национал-радикалов, участвовавших в деятельности Фронта, можно упомянуть Николая Лысенко), во второй половине 1990-х годов - Народно-патриотический союз России (коалиция, созданная под эгидой КПРФ; заметную роль в НПСР играли радикальные антисемиты Николай Кондратенко и лидер Русской партии Владимир Милосердов).

Коммунисты оказались наиболее сильны в организационном плане, наиболее умело сыграли на ностальгии значительной части населения России по "великой империи", которая к тому же была "социально-справедливым государством всеобщего достатка", и поэтому сумели завоевать популярность среди националистически настроенных россиян. Во многом именно эта особенность современного российского коммунистического движения обусловила маргинальность национал-патриотов в собственном смысле этого слова. Она же обеспечила и широкое распространение националистических и ксенофобских (в том числе и антисемитских) настроений в самых широких слоях населения.

КПРФ - самая многочисленная отечественная политическая партия, ее численность достигает (официально) 500 тысяч человек. Лидер - Геннадий Зюганов. Центральные печатные органы - газеты "Советская Россия" (главный редактор - Валентин Чикин, тираж - 300 000 экземпляров, периодичность - четыре-пять раз в неделю), "Правда" (главный редактор - Александр Ильин, тираж - 65 700 экземпляров, периодичность - три раза в неделю), "Правда России" (главный редактор - Владимир Рындин, тираж - 74 000 экземпляров, периодичность - один раз в неделю).

КПРФ в современном ее виде - это организация, гораздо в большей степени национал-патриотической направленности, нежели действительно коммунистической. То, что лидером партии на учредительном съезде в 1993 году под давлением радикального крыла (в первую очередь, генерала Альберта Макашова) стал Геннадий Зюганов, а не Валентин Купцов, обусловило националистический крен в идеологии партии. Долгое время партийную идеологию фактически формировал Алексей Подберезкин. Хотя формально он не был даже членом партии, его идеологическое влияние на Зюганова было столь велико, что его называли даже "серым кардиналом" лидера КПРФ. Подберезкин, несмотря на социал-демократическую риторику, по важнейшим вопросам придерживается национал-патриотических взглядов.

Несмотря на распространенное мнение, согласно которому коммунисты теряют популярность в стране, КПРФ от выборов к выборам демонстрировала все лучшие показатели. На выборах в Государственную думу в 1993 году КПРФ получила 12, 40% голосов избирателей, в 1995 году - 22, 30%, в 1999 году компартия набрала 24,29% голосов избирателей, опередив даже проправительственный блок Межрегиональное движение "Единство". Детальное рассмотрение электоральной статистики опровергает и другой распространенный стереотип, связанный с КПРФ - что ее электорат якобы состоит из малообразованных жителей деревень и малых городов и неумолимо стареет. Напротив, от выборов к выборам возрастает процент горожан, молодежи и лиц с высшим образованием, голосующих за коммунистов.

На протяжении всех 1990-х годов компартия по своему составу была чрезвычайно разнородной организацией. В ее составе отчетливо выделялись несколько группировок. На националистическом фланге партии находились откровенные ксенофобы, такие как А. Макашов(4) и Виктор Илюхин. Упомянутые политики, занимающие место на верхушке партийной иерархической пирамиды, систематически позволяли себе антисемитские высказывания. Антисемитизм занимает важное место в их мировоззрении. При этом фигура "еврея" воспринимается ими скорее в социальной плоскости. Так, генерал Макашов утверждал (хотя, может, и не вполне искренне), что под словом "жид" он подразумевает бесчестного человека, банкира-ростовщика, эксплуататора.

Нотки социального антисемитизма прослеживаются порой и в работах лидера КПРФ Г. Зюганова. Например, в его книге "За горизонтом" весьма осторожно говорится о роли еврейского фактора в формировании капиталистического рынка и механизма эксплуатации трудящихся (правда, надо сказать, что основная часть текста, касающаяся роли евреев в системе капиталистических отношений, содержалась в первом малотиражном орловском издании книги, но не вошла в позднее "каноническое" московское издание). В прочих произведениях и выступлениях лидер КПРФ, при всей своей склонности к конспирологии, старательно избегает идентификации мифологизированного врага. В его работах фигурируют не "евреи" или "сионисты", а неперсонифицированные "подрывные силы", "мировая закулиса" и т.п.

Этот пробел в коммунистической идеологии за Зюганова восполняют партийные лидеры "второго ряда", в выступлениях которых в качестве врага фигурируют "сионисты" (правда, значительно реже, нежели "империалисты", "американцы", "Запад" или "предатели"). В силу законов жанра, конспирология требует персонификации. А поскольку ксенофобия в российском сознании вообще довольно сильна, то естественно, что оппозиционные лидеры готовы видеть "врагов" не только и даже не столько в политических противниках или в руководителях страны, но и в этнических, религиозных и культурных образах "Другого". Поэтому вполне логично, что, обозначая социального или политического врага, всегда выгодно приписать ему черты "Другого" - например, скрытую приверженность к секте саентологов или иное этническое происхождение.

Для коммунистов термины "сионист" или даже "жид" выполняют функцию маркера социальной чуждости. Когда коммунист Василий Шандыбин клеймил "сиониста Йордана", возглавившего НТВ, он имел в виду, по всей видимости, именно такое, весьма своеобразное преломление социального антисемитизма. Еще отчетливее иллюстрирует этот тезис высказывание депутата-коммуниста Юрия Никофоренко о том, что в отставке губернатора Приморского края Евгения Наздратенко "были заинтересованы сионистские круги Китая". Столь же абсурдными заявлениями был известен бывший губернатор Краснодарского края Николай Кондратенко. "Сионисты" в речах "батьки" были наделены столь демонизированными и абстрактными чертами, что, кажется, вовсе не имели отношения к каким-либо реальным евреям (кажется, когда Кондратенко действительно имел в виду именно евреев, он употреблял гораздо более редкий в его лексиконе термин "жидомасоны")(5). В коммунистическом "code language" явно наблюдается смешение смыслов: слово "сионист" означает и конкретно израильтянина, и еврея по происхождению, и вообще любого "врага России".

Известные антисемитские высказывания генерала Макашова в 1998 году обострили вопрос о юдофобии в руководстве компартии. Функционеры КПРФ не могли нарушить партийную солидарность и осудить генерала-антисемита; однако их молчание бросало в глазах общества тень антисемитизма на всю партию. Эта двойственная ситуация была в полной мере использована антикоммунистическими публицистами и политтехнологами, приложившими немало усилий для раскола левого лагеря на "умеренную" и "радикальную" части. Так, выступление Макашова послужило поводом для выхода из руководства НПСР Станислава Говорухина. Хотя раскола партии как такового все же не произошло, в результате радикальные антисемиты-коммунисты пошли в 1999 году на выборы отдельно от КПРФ в составе избирательного объединения Движение в поддержку армии (ДПА; А.Макашов как-то даже предлагал переименовать его в Движение против жидов, ДПЖ). Результаты их попытки пройти в Думу "отдельной колонной" оказались плачевны: радикалам даже не удалось оттянуть от компартии сколько-нибудь значимое число голосов (на что, видимо, рассчитывали прокремлевские политтехнологи). Избирательное объединение ДПА, список которого возглавляли Альберт Макашов, Виктор Илюхин и Юрий Савельев, на выборах в Государственную думу в 1999 году получило 0,58% голосов избирателей. Макашов не попал в Думу и по одномандатному округу в Самарской области - он был снят с регистрации в связи с формальным нарушением. Попытка генерала участвовать в дополнительных выборах по мажоритарному округу в Свердловской области (по Верх-Исетскому округу № 162) также не увенчалась успехом.

В.Илюхин, формальный лидер ДПА после смерти основателя движения Льва Рохлина, также позволял себе довольно резкие высказывания в адрес "сионистов", "ограбивших страну". Илюхин оказался удачливее Макашова и был избран в парламент по мажоритарному округу. В настоящий момент он предпочитает эксплуатировать имидж солидного политика, бескомпромиссно сражающегося с коррупцией и защищающего стратегические интересы страны, и не поднимает более еврейского вопроса.

ДПА в настоящее время малозаметна, однако эту нишу заняла Народно-патриотическая партия России, возглавляемая Игорем Родионовым. В НППР вошли известные националисты и антисемиты прокоммунистической ориентации - например, Владимир Милосердов и Николай Кондратенко.

Антисемитизм свойственен не только радикальному крылу коммунистов, находящихся в сложных отношениях с руководством партии, но и партийной пропаганде в целом. По итогам анализа публикаций на еврейскую тему в газете "Советская Россия" становится очевидно, что негативный образ еврея формируется коммунистической пропагандой в двух плоскостях: в антиирзаильской риторике и в идее о весьма негативной роли евреев в российской истории (по большей части - в постсоветский ее период). С антисионистской темой все вполне ясно - она является наследием позднесоветской пропаганды, и вполне логично, что она эксплуатируется в коммунистическом издании. Может быть, статьи, бичующие "сионистских оккупантов"(6) и разоблачающие их зверства на оккупированных территориях, и не являются антисемитскими в строгом понимании этого термина, однако вполне очевидно, что подобные статьи своей весьма несдержанной и некорректной риторикой формируют у читателей негативный эмоциональный настрой по отношению к евреям вообще. Кроме того, внимательное изучение антисионистской пропаганды советских времен отчетливо показало, как легко можно перейти от критики "зверств сионистов" к утверждению о жестокости и порочности евреев вообще, то есть к антисемитизму в самом строгом значении этого слова.

Появляются в "Советской России" и собственно антисемитские материалы, хотя и гораздо реже. Характерно, что эту тему вполне могут поднимать не редакционные материалы, а письма, стихи и карикатуры, обильно присылаемые в газету читателями. "Еврейский вопрос" часто затрагивается вскользь - например, в письме читателя может утверждаться, что "сионисты" хотят лишить русский народ идентичности, поэтому отменили графу "национальность" в паспорте, и т. п. Значительно реже еврейской тематике могут быть посвящены крупные редакционные материалы. Например, в газете было опубликовано обсуждение публицистами и критиками книги Александра Солженицына "Двести лет вместе". Участники разговора постоянно напоминали друг другу о недопустимости предвзятости, предрассудков и излишней эмоциональности. При этом беседа свелась к повтору стандартных антисемитских обвинений: "евреи спаивали русских в шинках", "подкупали помещиков", даже организовывали "русские погромы" ("настигая русских, евреи били их нещадно, били стариков, били женщин и даже детей"), в чем "прослеживается некий архетип. Схема поведения, возникшая на самой заре еврейства"(7).

Таким образом, хотя официально КПРФ отмежевывается от антисемитизма, последний играет немаловажную роль не только для внутрипартийных радикалов, в том числе и занимающих видное место в руководстве, но и для партийной пропаганды в целом.

Вторая по влиянию и численности отечественная коммунистическая организация, движение "Трудовая Россия", настроена более радикально, чем КПРФ, как в социальном, так и в национальном вопросах.

"Трудовая Россия" - коммунистическая организация неосталинистской ориентации. Лидер - Виктор Анпилов. Центральный печатный орган - газета "Молния" (редактор - Виктор Анпилов, тираж - 21 000 экземпляров, периодичность - один раз в две недели). На выборах в Государственную думу в 1999 году "Сталинский блок", созданный по инициативе "Трудовой России", получил 0,61% голосов избирателей. Правда, на предыдущих выборах в Думу в 1995 году избирательное объединение "Коммунисты - Трудовая Россия - За Советский Союз", возглавляемое В.Анпиловым и Виктором Тюлькиным, почти перешагнуло через пятипроцентный барьер. Однако раскол между двумя лидерами радикальных коммунистов (произошедший не в последнюю очередь из-за несогласия Тюлькина с националистическим креном Анпилова и значительной части актива "Трудовой России") не только разделил их электорат, но и вызвал разочарование у значительной части избирателей-коммунистов, которые вполне резонно решили, что лучше голосовать за "оппортунистскую" КПРФ, чем распылять голоса в поддержку явно непроходных избирательных объединений.

Строго говоря, по основным идеологическим мотивам антисемитизм анпиловцев мало чем отличается от позиции КПРФ. Другое дело, что лидеры "Трудовой России" не заботятся о респектабельном имидже и позволяют себе более резкие высказывания в печати, или, еще чаще, в устных выступлениях. Редкая речь Анпилова обходится без употребления слова "жид" (как правило, в форме прилагательного) или без обвинения "сионистов" в антисоветской и антирусской деятельности. Очевидно, что Анпилов - в отличие от Зюганова и аналогично Макашову - с точки зрения индивидуальной психологии является юдофобом, равно как и второе лицо в "Трудовой России" - Владимир Худяков.

Издание "Трудовой России" охотно эксплуатирует темы еврейского происхождения российских "олигархов", "сионского тель-авидения", а раньше даже именовало тогдашнего президента страны "Борухом Эльциным".

Сходную позицию занимает Союз офицеров. Хотя лидер Союза Станислав Терехов не был замечен в публичных антисемитских заявлениях (в чем неоднократно отметились региональные лидеры организации), в приватных беседах он демонстрирует высокий уровень юдофобии. В 2001-2003 годах Ст. Терехов вошел в руководство Нацонально-державной партии России, в идеологии которой откровенный антисемитизм занимает важнейшее место.

Номинально непартийные коммунистические издания, такие как газета "Дуэль", тоже в основном придерживаются коммуно-националистической позиции, включающей и антисемитизм.

Обобщая ситуацию в коммунистических организациях, можно сказать следующее. Коммунисты в современной России - это в первую очередь коммуно-патриоты (КПРФ, НППР, ДПА, "Трудовая Россия", Совет офицеров). Антисемитизм в завуалированной форме является частью их идеологии и пропаганды. Однако практика показала, что делать акцент на антисемитизме не выгодно. В тех случаях, когда левые патриоты пытались откровенно эксплуатировать эту тему в качестве основы или существенной составляющей своей пропаганды, их ждало разочарование. Электоральная поддержка откровенного радикального антисемитизма минимальна, а риск подвергнуться общественному остракизму - весьма значителен. Пример ДПА является в этом смысле хорошей иллюстрацией. По всей видимости, КПРФ нашла идеальную с точки зрения общественной поддержки стратегию - умелая эксплуатация умеренно-антисемитских идей в завуалированной форме, терпимое отношение к "своим антисемитам" и респектабельный имидж, основанный, в частности, на официальном отрицании роли юдофобии в собственной идеологии.

1.2. Национал-патриоты

Первоначально словосочетание "национал-патриоты" было самоназванием для ряда политических групп, к настоящему моменту этот термин вошел в исследовательскую литературу и публицистику и означает организации, придерживающиеся различных версий идеологии русского национализма. "Национал-патриоты" - это националисты "по преимуществу", для них национальная проблема является наиболее важной. Другое дело, как именно они трактуют национальный вопрос.

Действующие на политической арене современной России националистические организации довольно разнообразны по своей идеологии. Условно их можно классифицировать на основе различных критериев. Поскольку нас в рамках заявленной темы интересует, прежде всего, национальный вопрос, то для нас наиболее полезно будет разделить широкое национал-патриотическое поле именно по разнице в понимании того, что такое нация. Условно по этому параметру можно выделить "имперских" и "этнических" националистов. Первые - "государственники", они отстаивают, прежде всего, интересы страны, выступают за укрепление ее военной мощи, часто за расширение границ, подавление внутреннего сепаратизма и т.п. Более-менее здраво оценивая Россию как многонациональное образование, они полагают, что государство первично по отношению к нации, и понимают последнюю как гражданскую общность, а не как этническую. Вторые, напротив, считают, что государство вторично по отношению к нации, и отстаивают в первую очередь интересы нации как этнической общности, а не как совокупности граждан страны.

Крупнейший представитель имперского направления - Либерально-демократическая партия России (ЛДПР).

ЛДПР - крупнейшая националистическая партия. Лидер - Владимир Жириновский. Официальная численность - 300 тысяч человек. Центральный печатный орган - газета "ЛДПР" (главный редактор - Виктор Кулыбин, тираж - 200 000 экземпляров, периодичность - от еженедельной в период выборов до ежемесячной). На выборах в Государственную думу в 1999 году "Блок Жириновского" получил 5,98% голосов избирателей. Ранее ЛДПР демонстрировала более впечатляющие электоральные успехи - на федеральных выборах в 1993 году партия набрала 22,92%, в 1995 году - 11,18%. Согласно социологическим исследованиям, партия может и не пройти в Государственную думу на выборах 2003 года, однако В.Жириновский неоднократно демонстрировал незаурядный талант в области политической саморекламы, и исключить возможность присутствия ЛДПР в Думе следующего созыва (при условии удачно проведенной информационной кампании) нельзя.

ЛДПР сложно назвать националистической организацией в строгом смысле этого слова. Хотя В.Жириновский и некоторые его сторонники порой выступали с откровенно экстремистскими и ксенофобскими заявлениями, нельзя говорить о цельной праворадикальной "идеологии" партии (как, впрочем, и вообще о какой-то "идеологии" ЛДПР). Реальная деятельность либерал-демократов (например, анализ статистики голосований партийной фракции в Государственной думе) имеет настолько же отдаленное отношение к пропагандистской риторике, насколько название партии - к ее идейно-политической сущности. К слову, как-то Жириновский предложил остроумный вариант "перевода" названия партии на русский язык как "национально-освободительная". В терминах современной западной политологии ЛДПР наиболее точно определяется как "популистская" партия (на Западе этот термин подразумевает националистический крен и эксплуатацию ксенофобии). Лидер ЛДПР обладает удивительным талантом говорить аудитории именно то, что та хочет услышать, являясь, образно говоря, как бы проекцией коллективного бессознательного населения.

Жириновский постоянно высказывается против "засилья" нерусских в бизнесе и властных структурах, против международного сионизма, за приоритет русского народа в государстве ("А посмотрите, кто занимает ключевые посты в государстве, в республиках, где большинство населения составляют русские. Евреи, кавказцы, татары, башкиры, якуты и т.д.! Да ни в одной стране, кроме России, нет такого засилья представителей национальных меньшинств в госаппарате, в органах хозяйственного управления, в бизнесе, в научных и культурных учреждениях!"(8)). Для В.Жириновского характерны заявления типа: "В основе государственной политики должен лежать принцип: Что хорошо для русских - то хорошо для всей России" (9). Правда, надо еще раз подчеркнуть надэтническое понимание русской общности, хотя эта линия проводится крайне непоследовательно. Жириновский был первым из заметных публичных политиков, высказавшимся за отмену графы "национальность" в паспортах.

Лидер ЛДПР неоднократно официально отрицал антисемитизм в идеологии партии. Долгое время Жириновский скрывал собственное еврейское происхождение, когда же оно стало известно, стал заявлять об этом с показной гордостью. Тем не менее, председатель ЛДПР особо не избегал антисемитских заявлений. Например, в одной из своих книг Жириновский эксплуатирует конспирологический миф о еврейском заговоре против России: "Я только пытаюсь объяснить ситуацию. Большинство большевистских руководителей были евреи. Большинство нынешних "демократов" тоже евреи. Большинство партийных лидеров (около 60 процентов), тех, кто формирует идеологию - тоже евреи... Я просто констатирую факт. Страна в глубоком кризисе. Какой же вывод можно сделать?".

Хотя иногда можно встретить утверждение, что Жириновский после обнародования факта его происхождения перестал эксплуатировать еврейский вопрос, это не так. В недавно опубликованном романе лидера ЛДПР "Иван, запахни душу!" содержится масса антисемитских заявлений, например: "Коммунизм придумали евреи. Мои университеты, моя учеба прошла под знаком и огромным влиянием этой еврейской заразы... Евреи являются источником этой суперзаразы, этой чумы ХХ века - коммунизма" (10).

При желании можно найти антисемитские высказывания и в материалах, носящих характер партийных идеологических документов, а не в словоизлияниях лидера. Например, газета "ЛДПР" в статье "США и Россия в новом веке", подписанной "Аналитический центр ЛДПР", утверждает, что "евреи создали США, они же ими и управляют. Естественно, что власть они потерять не хотят... При такой модели американцам и их союзникам нужен враг - реальный или мифический" (11). При этом далее заявляется: "И наш главный враг - это политическая элита Соединенных Штатов. Она мечтает об уничтожении русского народа" (12). Другой пример: листовки, оповещавшие об очередном митинге партии, на оборотной стороне имели коллаж - фотографии Березовского, Гусинского, Лебедя, Дудаева, Масхадова, Басаева и др., наложенные на изображение шестиконечной звезды(13).

В целом, однако, можно утверждать, что антисемитизм не имеет для ЛДПР большого значения. Идеология партии вообще очень ксенофобская, и еврейская тема - далеко не самая частотная на страницах партийной периодики и произведений лидера. Хотя Жириновский позволяет себе куда более резкие ксенофобские выпады, чем, например, Зюганов, в целом антисемитизм не настолько вписан во внутреннюю логику партийной идеологии ЛДПР даже по сравнению с КПРФ. Антисемитизм вообще в силу политической традиции очень "заидеологизированная" фобия, требующая сложной аргументации и органического переплетения с общими концептуальными построениями. ЛДПР же - организация в наименьшей степени "идеологическая". Конечно, в ЛДПР есть антисемиты в строгом смысле этого слова. Партия позиционирует себя как националистическую, это означает в российском политическом контексте апелляцию и к антисемитизму. Однако антисемитизм не принципиален для жириновцев (в отличие от антиамериканских и античеченских мотивов) и не имеет под собой четкого идеологического фундамента.

Из "идеологических" имперских националистов наиболее крупной организацией являлся Российский общенародный союз.

РОС - наиболее крупная классическая национал-патриотическая организация. Лидер - Сергей Бабурин. Численность - 50 000 человек. Центральный печатный орган - газета "Время" (главный редактор - Павел Брычков, тираж - 20 000 экземпляров, периодичность - один раз в неделю). На выборах в Государственную думу в 1999 году РОС получил 0,37% голосов избирателей, а в 1995 году сформированный на основе РОСа блок "Власть - народу!" набрал 1,61 %.

В конце 2001 года РОС был преобразован в Партию национального возрождения "Народная воля". В "Народную волю" вошли некоторые ранее не имевшие отношения к РОСу националистические деятели (бывший руководитель московской региональной организации Русского национального единства, позднее - заместитель председателя движения "Русское возрождение" Юрий Васин и бывший лидер движения "Спас" Владимир Давиденко), но также и не националисты (бывший председатель Союза реалистов Нина Жукова).

Лидеры РОСа всегда утверждали, что их интересуют, прежде всего, интересы русского народа. Согласно партийной идеологии, "русские - не "только лишь" один народ Российской Федерации, а народ государствообразующий"(14). (газета "Время"). То же самое, но в еще более категоричной форме можно услышать в устных выступлениях лидеров. Как и в случае с ЛДПР, не всегда ясно, что имеется в виду под "русским народом". Насколько можно судить, преобладает все же имперская точка зрения - речь идет о русских "по духу", а не по крови: о православных или даже шире - о тех, кто считает Россию своей родиной, а русскую культуру и историю - своими. В партии широко представлены этнически нерусские - татары, башкиры, прибалты.

Конечно, есть в РОСе/"Народной воле" и этнические националисты. Так, координатором РОСа по Югу России долгое время был Николай Лысенко, один из наиболее известных национал-радикалов (правда, к началу 2003 года Н.Лысенко отказался от сотрудничества с традиционными русскими патриотами и ныне пропагандирует ислам как последнюю возможность противостоять Западу(15)). В середине 2002 года появилась информация, что члены региональных филиалов откровенно расистской Народно-национальной партии Александра Иванова-Сухаревского по просьбе В.Давиденко вступают в "Народную волю", дабы усилить в ней радикальное крыло.

Центральный печатный орган РОСа газета "Время" иногда позволяет себе антисемитские публикации, хотя не часто и в умеренной форме. Для РОСа характерен не идеологизированный антисемитизм (юдофобия): подозрительное, презрительное и негативное вообще отношение к еврейству, которое при этом не обосновывается ни конспирологическими, ни социальными построениями. Например, в статье о конфликтной ситуации в российской еврейской общине, автор писал в циничном и издевательском тоне: "Началось же все с провокации уже бывшего раввина всея Руси Шаевича, который, как член российского еврейского конгресса, не мог ослушаться президента. Не президента России Путина, а президента этого самого конгресса Гусинского. Березовский воспользовался блеяньем Шаевича в "Вашингтон пост" и натравил на гусегонов Берла Лазара, который говорит по-русски гораздо хуже, чем давно покойная Голда Меир" (16).

Немногочисленные материалы во "Времени", которые эксплуатируют идеологический антисемитизм, носят религиозный характер. Например, в газете была опубликована большая статья, в которой в духе православного фундаментализма утверждалось, что конфликт между христианством и иудаизмом является основной движущей силой истории: "Иудаизм не имеет, в христианском понимании, никакого положительного содержания. С того момента, как евреи распяли Мессию, Иисуса Христа... основой иудаизма стало воинствующее антихристианство" (17). "Еврейский заговор" рассматривается только через призму религиозного понимания проблемы. Далее в статье устами некоего раввина на "одном из тайных собраний" говорится: "каждая война, каждая революция, каждое политическое или религиозное потрясение в христианском мире приближают нас к тому моменту, когда высшая цель наша будет достигнута нами". Этой целью евреев является, исходя из еврейской религии в понимании автора "господство над окружающими людьми" (18).

И РОС, и ЛДПР - партии, хотя и включающие в себя радикальный элемент, в целом скорее умеренные. При этом надо заметить, что сам по себе не этнический, а имперский подход к национализму не означает умеренности последнего. Например, Национал-большевистская партия, одна из наиболее радикальных заметных политических группировок в стране, тоже стоит на позициях надэтнического национализма. Если вспоминать исторические примеры, то и итальянский фашизм носил скорее этатистский (государственный), а не этнический характер. Обобщая, все же можно утверждать, что в целом надэтнические национал-патриоты менее радикальны в своих взглядах вообще и менее склонны эксплуатировать антисемитизм в частности, чем этические националисты. Правда, практически ни одной из национал-патриотических партий не удается полностью избежать антисемитских настроений среди части актива и антиеврейских материалов в партийной прессе. Естественно, со стороны имперских националистов никогда не было замечено ни прямых призывов к насилию против евреев, ни антисемитских акций.

Этнонационалисты по своей идеологи радикальнее имперских националистов, но при этом значительно уступают им в численности и популярности. В их мировоззрении центральное место занимает чисто этническое понятие "русской нации", поэтому они относятся к "инородцам", тем более к "некоренным народам России", с нетерпимостью разной степени агрессивности. Среди этнических националистов наиболее распространены идеи многовекового всемирного еврейского заговора, широко эксплуатируется религиозный антисемитизм. Встречаются и откровенные гитлеристы, мечтающие об "окончательном решении еврейского вопроса".

Однако все эти организации практически не участвуют полноценно в политическом процессе и не влияют на общественные настроения. Поскольку объектом данной главы являются партии, представляющие собой заметную политическую силу или претендующие на это, подробно мы рассмотрим деятельность радикальных этнонационалистических партий и движений в отдельной главе. В отличие от умеренных национал-патриотов, антисемитизм в идеологии и пропагандистских материалах этнических националистов носит откровенный характер, его не надо "выискивать".

1.3. Евразийцы

На протяжении 1990-х годов из представляющих собой заметную силу идеологических течений только коммунисты и национал-патриоты в той или иной степени эксплуатировали антисемитские идеи. По большому счету, этой в главе, посвященной "солидным" партиям, можно было бы ограничиться только этими течениями, но за последние два года выкристаллизовалась еще одна политическая сила, которая представляет для нас интерес. Речь идет о неоевразийстве.

Среди многообразного идеологического наследия прошлого, заново открытого в конце 1980-х - начале 1990-х годов, евразийство оказалось чуть ли не самой привлекательной и приемлемой концепцией. Ее популярность среди отечественной интеллигенции была необычайной. Отчасти такую популярность можно объяснить талантом основателей евразийского учения, равно как и яркостью личности, перекинувшей "мостик" от евразийских классиков к современности - Льва Гумилева(19). Однако скорее популярность евразийских идей в современной России объясняется их феноменальной гибкостью - фактически речь идет скорее о методологии, чем о строгой политической идеологии. Евразийство оказалось приемлемой альтернативой как радикальному западничеству, так и дискредитировавшим себя вариантам "славянофильства". Идея глобальной евразийской цивилизации, отличной как от европейской демократии, так и от азиатского деспотизма, объясняла исторический путь Российской империи - Советского Союза - Российской Федерации, льстила российскому обывателю, давала ему основу для гордости. Расплывчатые положения позволяли каждому понимать идеологию евразийства по своему усмотрению. Для патриотов евразийство оказалось уникальным шансом провозгласить "объективную невозможность" построения в России западной политической и экономической модели, и дать россиянам самоидентификацию, основанную на положительных ассоциациях и образах. Не важно, что рецепты евразийцев были сугубо теоретическими и неприменимыми на практике: оказалось, что они идеально подходят для постсоветского сознания, которое не может смириться с крушением великой державы, но и не может объяснить, почему. По большому счету, евразийство в современных условиях свелось к нехитрому тезису: да, все попытки строительства российской-советской империи были не вполне удачными, однако империя для России - это объективная необходимость, обусловленная множеством исторических, культурных, политических и экономических факторов.

В силу этого очевидно, что евразийство "оседлали" в основном надэтнические националисты - именно им вышеописанная идеология давала второе дыхание. Труды классиков евразийства и их последователей публиковали толстые литературно-публицистические журналы, известные свой национал-патриотической направленностью, а в 1992-1992 годах чуть ли не основной трибуной неоевразийцев был "орган духовной оппозиции" - газета "День". Однако евразийство быстро выплеснулось за пределы "патриотического гетто" на широкие политические просторы.

В первые постсоветские годы евразийцы были скорее публицистами и теоретиками, а не публичными политиками. Они пропагандировали евразийские идеи на страницах печати и в книгах, а лидеры крупных политических партий провозглашали отдельные лозунги с высоких трибун. В евразийской терминологии были построены многие концепции политиков самой разной ориентации, например Геннадия Зюганова ("коммуниста"), Сергея Бабурина ("националиста"), Юрия Лужкова ("центриста"), Сергея Шахрая ("демократа"). Ищущие союза с Россией лидеры постсоветских государств (например, Нурсултан Назарбаев) тоже стали апеллировать к евразийству. Евразийская аргументация оказалась привлекательна для российской власти: она позволяла последовательно сформулировать необходимость сохранения единой России. Эмоционально чиновники, как и простые обыватели, прекрасно чувствовали недопустимость распада России на небольшие государства, но в рамках сделанного страной идеологического выбора в сторону западной либеральной политической модели не могли внятно объяснить свои чувства. Апогеем влияния этой идеологии на власть стали в 2000 году высказывания Владимира Путина, которые вполне можно трактовать как евразийские.

С этого момента начинается оформление евразийства как самостоятельной политической силы. На настоящий момент оно представлено двумя политическими партиями, уже зарегистрированными на всероссийском уровне по новому, довольно строгому закону: "Евразия" (лидер - публицист Александр Дугин) и Евразийская партия - Союз патриотов России (ЕП-СПР, председатель политсовета - депутат Государственной думы Абдул-Вахед Ниязов).

Лидер "Евразии" А.Дугин - весьма экзотическая личность, Свою политическую деятельность идеолог евразийского движения начал в конце 1980-х годов в Национально-патриотическом фронте "Память", был членом центрального совета НПФ. В начале 1990-х годов принимал участие в формировании идеологии объединенной оппозиции и активно пропагандировал смесь из элементов евразийства, геополитики, традиционализма, конспирологии и концепций европейских новых правых. Свои взгляды Дугин излагал на страницах газеты "День" и собственного журнала "Элементы". В середине 1990-х годов Дугин был идеологом Национал-большевистской партии, пока в 1998 году не вышел из нее. В конце 1990-х годов Дугин занимался пропагандистской деятельностью и работой с различными политическими лидерами - например, созданием программных и идеологических документов для движения "Россия" Геннадия Селезнева. Кроме того, бывший идеолог национал-большевизма успел стать старообрядцем (вернее - "единовером"(20)), полуофициальным российским геополитиком и выдвинуть идею перенесения столицы страны в Казань.

После избрания Владимира Путина президентом России Дугин объявил о создании собственного движения, которое призвано было бы "тотально" поддерживать главу страны и поставлять власти идеологические наработки. Учредительный съезд "Евразии" прошел 21 апреля 2001 года. Движение, которое вскоре было преобразовано в партию, получилось довольно разношерстным: в него вошли молодые "ученики" Дугина, представители различных религиозных конфессий (например, в руководство "Евразией" входит глава Центрального духовного управления мусульман России Талгат Таджуддин), бывшие работники спецслужб (Петр Суслов) и даже представители радикальных религиозно-сионистских кругов (израильтянин Авром Шмулевич входил в политсовет "Евразии", пока она была движением). Активное участие в деятельности партии принимает чеченский бизнесмен и общественный деятель Хож-Ахмед Нухаев ("Хожа"). Неоднократно судимый за разбой и грабеж "Хожа" назывался "крестным отцом" чеченской мафии. Нухаев посещал публичные мероприятия партии, несмотря на то, что он находится в розыске как подозреваемый по делу "банды Лазовского" (о взрывах автобусов в Москве).

Партия ведет активную пропаганду, Дугина и его соратников охотно приглашают на телевидение. Хотя сама по себе партия "Евразия" малоизвестна (может быть - пока), ее идеологические наработки вполне могут быть привлекательными и для власти, и для населения. Довольно странное, чтобы не сказать абсурдное, собрание экстремистов, разведчиков и религиозных деятелей получило достаточно сочувственное освещение в контролируемой властью прессе, что явно свидетельствует о симпатиях хотя бы части околокремлевских политтехнологов.

Обратившись же к основному для нас вопросу, можно констатировать, что антисемитизм в идеологии "Евразии" присутствует, но в несколько своеобразной форме. Благожелательные контакты с ультра-сионистскими кругами, в том числе - израильскими, не должны нас смущать: к сионизму как политическому движению, ставящему цель осуществить репатриацию евреев в Святую землю, многие антисемиты относятся положительно.

В своей пропаганде Дугин широко использует элементы философии традиционализма школы французского мыслителя Рене Генона(21). В последние годы, правда, имя Генона стало реже всплывать в статьях и выступлениях Дугина, однако он никогда публично не пересматривал ни своего восторженного отношения к французскому эзотерику, ни собственных работ на ниве традиционализма. Правда, при этом многие тезисы и самого Генона, и его последователей Дугин подвергает переосмыслению. В частности, это касается оценки иудаизма.

Согласно классической трационалистской схеме Р. Генона и его ученика Юлиуса Эволы, существует единая изначальная сакральная Традиция, "совокупность Богоданных откровений", которая лежит в основе эзотерических школ всех традиционных религий, в т.ч. и иудаизма. Негативные черты современного общества проистекают из отхода от "света истины" Традиции, из секуляризации; силы, воздействующие на мир в отрицательном ключе, носят название "контринициатических". Это "профанный" и при этом парадоксально сатанинский метафизический полюс, противоположный полюсу изначальной Божественной Традиции. Ход развития мира - инволюция, деградация, отход от Традиции, "впадение" в материю, профанация, забвение данных свыше истин, содержащихся в религиозных эзотерических доктринах (и в иудаизме не в меньшой степени, чем в любой другой религии)(22). Даже Эвола, который, в отличие от Генона, был ярко выраженным антисемитом и сотрудничал с нацистским и фашистским режимами, не отказывал эзотерическим иудейским концепциям (в первую очередь, Каббале) в праве на полноценную и равноправную часть Традиции, а всю причину "порочности" иудеев видел именно в их отходе от религии(23).

Схема Дугина сложнее. С его точки зрения, нет никакой абсолютной "контринициации", также как и нет единого, универсального эзотеризма, следы которого можно было бы обнаружить во всех религиях. Это значит, что "каждая сакральная форма, обладая особой метафизической спецификой, по-своему формулирует теорию того, что является для нее (и только для нее) контринициацией"(24).

Некоторые религии по своей эзотерической сути антагонистичны. Например, "индуизм основывает свою традицию на формуле, обратной по отношению к иранской традиции, вышедшей из того же источника. Известно, что даже в названиях богов и демонов между зороастризмом и индуизмом существует обратная аналогия" (25). Согласно этой логике, "с точки зрения православного эзотеризма, контринициацией, несомненно, является иудаизм"(26).

Однако "относительной" антитрадиционностью (т.е., следуя логике традиционалистов, "демоничностью", "сатанизмом") иудаизма дело не ограничивается. Констатируя отсутствие единства в традиционных доктринах, Дугин, тем не менее, не отказывается от понятия Традиции. Несмотря на неснимаемые внутренние противоречия, эзотерические концепции все же можно объединить на основе некой общей метаидеологии. Это возможно хотя бы "от противного" - т.е., отталкиваясь от современного "антитрадиционного общества, основанного на принципах, радикально противоположных общей совокупности того, что составляет базу любой традиции" (27). Однако "даже в том контексте, в котором большинство традиций полностью согласны между собой, существует исключение - иудаизм" (28). Иудаизм, в отличие от прочих традиций, полностью солидарен с идеями, доминирующими в современном "профаническом" мире; более того, согласно Дугину, этот мир рассматривается иудеями как прелюдия их мессианского триумфа.

"Именно ортодоксальный иудаизм, взятый вместе с его эзотерической подоплекой, представляет метафизический полюс, обратный по отношению к совокупности всех остальных традиций"(29), утверждает Дугин в другом месте. А ничего более страшного в рамках логики традиционализма представить себе невозможно.

Кроме того, в рамках стереотипного православного антииудаизма Дугин доказывает, что для иудеев религиозным долгом является уничтожение "гоев": "Еврейская эсхатология, взятая на самом глубинном уровне, не только допускает ритуальный геноцид, но настаивает на нем, обосновывая его необходимость целой цепью последовательных и, в некотором смысле, логичных отождествлений... Вполне естественно, что исходя из такого видения ортодоксальный еврей не может испытывать ко всем остальным народам ничего, кроме бесконечной, лютой, "священной" ненависти, которая, при этом еще и возводится в "сакральное достоинство". - Ведь уничтожение народов Великого Смешения есть залог прихода Машиаха, начало великого Шабата" (30) (особенности пунктуации источника сохранены).

На этом можно было бы и закончить рассмотрение взглядов главы "Евразии", констатировав высокий градус антисемитизма в его идеологии. Но, противореча сам себе, Дугин излагает несколько другое видение проблемы в статье "Евреи и Евразия" (31) (само название статьи отсылает к Якову Бромбергу, одному евразийцев начала ХХ века, пытавшемуся разобраться в рамках этой идеологии с "еврейским вопросом").

Согласно идее этой статьи, в еврействе изначально присутствуют две противоположные тенденции, условно "еврейское евразийство" и "еврейское западничество". Соответственно, деятельность первой положительна для России, роль второй резко отрицательна. Линия раздела еврейства прослеживается как на религиозном, так и на социальном уровне.

К "еврейским евразийцам" Дугин относит хасидов, каббалистов, мистиков, представляющих экзальтированное направление в иудаизме. При секуляризации это течение обернулось социалистическим революционным движением, религиозным по своей сути (Дугин находит религиозные нотки даже у Маркса). Деятельность евреев-большевиков, чей мессианский заряд попал в резонанс с мессианским зарядом России, оказалась благотворной для страны. Еврейское же западничество на религиозном уровне содержалось в "рациональном" маймонидовском иудаизме, а, секуляризируясь, обратилось в ростовщический капитализм, просвещенческий материализм и буржуазно-демократический менталитет. Эта часть еврейства является средоточием разрушительного Капитала.

Именно эта схема положена в основу официального отношения партии "Евразия" к евреям. Иудеи-ортодоксы, радикальные сионисты и хасиды заслуживают в глазах дугинистов только уважения и одобрения, что не мешает в духе классического антисемитизма обрушиваться на еврейских банкиров, политиков или журналистов(32).

В краткой форме эта двойственность в отношении к еврейству выражена в подписях под двумя фотографиями (коллективными портретами архетипических "евреев") в журнале "Элементы", редактируемом А.Дугиным(33). Первая подпись гласит: "...Фигура "еврея" отождествляется с ростовщичеством, капиталом, циничными и продажными журналистами, с клановой круговой порукой, с презрением к "гоям", с неправедным богатством, с готовностью предать и продать, одним словом, с Системой". И рядом: "Обездоленные, гонимые, верные традиции и особому уникальному благочестию люди, сосредоточенные на странном духе своего народа, с печатью боли за все человечество, палимые жаждой справедливости, проникнутые драмой бездонного рока, каббалисты, хасиды, мистики, социалисты <...> Их страждущий томящийся дух - полноправный и полноценный элемент всякой подлинной Революции, в том числе Национальной и Консервативной (чтобы не говорили антисемиты)".

Подобный дуализм в восприятии различных явлений вообще свойственен Дугину. По схожему принципу он делит на две составляющие и Россию. Согласно его теории, параллельно существуют две России - официальная, прозападная, на религиозном уровне выражающаяся в никоновском "теплом" христианстве, на светском - государственным механистическим бюрократизмом; и почвенная, Абсолютная Родина мистиков, раскольников, сектантов, революционеров и нонконформистов.

Вторая организация со сходной идеологической платформой, но совсем иным менталитетом руководства - это Евразийская партия - Союз патриотов России (ЕП-СПР). Евразийство в понимании этой организации - это прежде всего антиевропейский выбор России, ее открытость Азии и исламу. Антизападничество для неоевразийства по версии Ниязова еще более принципиально, чем для Дугина.

Пока не понятно, на какую популярность может претендовать ЕП-СПР. В ее нынешнем виде партия претендует скорее на роль партии российских мусульман, контакты с неисламскими политическими движениями носят эпизодический характер. В Государственной думе Ниязов был членом фракции "Единство", но был исключен оттуда за экстремистские заявления. Пожалуй, ЕП-СПР - ближайший претендент на электоральную нишу Общероссийского мусульманского движения "Нур" Вафы Яруллина, которое на выборах в Государственную думу в 1995 году набрало 0,57% голосов по общефедеральному округу. Еще одним избирательным объединением, пытавшееся в 1995 году эксплуатировать исламскую идею, было движение "Союз мусульман России" (СМР), которое не собрало достаточное для регистрации количество подписей, но сумело провести в парламент по одномандатному округу своего лидера - Надиршаха Хачилаева. Непосредственным предшественником СП-СПР было движение "Рефах", а "Рефах", в свою очередь, с одной стороны наследовал СМР, а с другой был подражанием одноименной исламистской турецкой партии, Ниджметдина Эрбакана (ныне правящей в Турции, хотя и под другим названием - "Фазилет". И на движение СМР, и на ЕП-СПР сильное влияние оказывает идеолог отечественного исламского радикализма Гейдар Джемаль.

Хотя Джемаль весьма негативно (хотя скорее насмешливо, чем раздраженно) отзывался о евразийстве(34), он активно действует на поле исламской политики, и о его тесные связи с Ниязовым не являются секретом. Сын Гейдара Орхан Джемаль некоторое время работал пресс-секретарем партии. По всей видимости, для Джемаля, как, впрочем, и для Ниязова, ЕП-СПР является партией "России мусульманской", а не объединением последователей Трубецкого или Савицкого.

Антисемитская позиция Джемаля известна. В 1999 году он баллотировался в Государственную думу в центральной части избирательного списка выше упоминавшегося Движения в поддержку армии Макашова - Илюхина. Джемаль резко обрушивается на Израиль и "преступную политику сионистов", более того - для него евреи повсеместно ведут борьбу с исламом, в том числе, используя для этого "постхристианский" Запад(35). Кроме того, в своих религиозно-метафизических работах Джемаль рассматривает еврейство как проявление сил онтологического негатива(36).

В этих же двух ипостасях - антисионизм и религиозный антииудаизм - проявляется антисемитизм и в идеологии ЕП-СПР, хотя и в менее радикальной форме. Ниязов постоянно выступает с заявлениями протеста против политики государства Израиль и выражает свою поддержку борцам за палестинскую независимость, даже самым радикальным. Солидарность и ощущение религиозной общности для ислама свойственны, пожалуй, куда больше, чем для других мировых религий: в идеале, вне зависимости от этнической и государственной принадлежности, все мусульмане ощущают свою принадлежность к единой умме (общине). Поэтому проявление солидарности с "борющимся и страдающим народом Палестины" является совершенно естественным для мусульманских общин по всему миру.

18 сентября 2001 года Абдул-Вахед Ниязов и сопредседатель Совета муфтиев России шейх Нафигулла Аширов провели пресс-конференцию, посвященную террористическим актам 11 сентября в Америке. Ниязов, напомнив о криминалистическом принципе "ищи, кому выгодно", заявил: "Кто первым использовал ситуацию себе на пользу?.. Не американцы и не русские, а все те же Щаранский и Либерман". Шейх Аширов добавил: "Мы знаем, у какой страны есть широкая сеть спецслужб. Это сионистские спецслужбы. У Бин Ладена нет таких ресурсов. Это сделали не арабы и не мусульмане, а те, у кого есть ресурсы, и кто от этого выигрывает" (37).

Религиозный антииудаизм проявляется в материалах ЕП-СПР слабо. Скорее можно говорить о предвзятом и подозрительном отношении к евреям, чем об оформленных идеологически обвинениях.

В заключение главы можно сделать следующие выводы. Антисемитизм является заметной частью идеологии и пропаганды некоторых крупных и влиятельных партий современной РФ, относящихся к трем идеологическим направлениям - коммунистическому, национал-патриотическому и евразийскому. Эти партии как правило используют антисемитскую риторику в упрощенной и "умеренной" форме. В тех случаях, когда партия делает упор на антисемитской пропаганде, она обрекает себя на маргинальность и вытеснение за пределы поля "большой политики". В целом складывается двойственная ситуация: с одной стороны, антисемитизм является существенной частью отечественной политической традиции, с другой - в России гораздо выгоднее эксплуатировать другие формы ксенофобии населения. Поскольку последний фактор довольно существенен, евреи отнюдь не являются наиболее частотными объектами ненависти для политиков. Кажется, постепенно начинает влиять в России и западный стереотип недопустимости откровенного антисемитизма в риторике политика, претендующего на популярность и респектабельность.

Пока сложно сказать, как ситуация сложится в дальнейшем. На наш взгляд, антисемитизм не исчезнет сам по себе из политического пространства; но и стать более влиятельной политической идеологией он сможет только при условии радикального изменения политического контекста.


1 Этот термин ввел американский политолог русского происхождения Александр Янов. См.: Янов А. После Ельцина. Веймарская Россия - М., 1995.
2 Мы склонны связывать усиление роли антисемитизма в отечественном коммунистическим движении именно с этой идеологической эволюцией от интернационализма к советскому патриотизму. Подробное описание этой эволюции (а также довольно подробное описание постепенного увеличения роли антисемитизма) можно найти в изданиях: Агурский М. Идеология национал-большевизма - Paris: YMKA-PRESS, 1980; Митрохин Н. Русская партия. Движение русских националистов в СССР. 1953 - 1985 годы - М.: Новое литературное обозрение, 2003. Возможно, конечно, предположение, что российские коммунисты не отказались от идеологии своих корифеев, а, наоборот, вернулись к ней - ведь и сам Карл Маркс, и многие, если не большинство радикальных социал-демократов третьей четверти XIX века исповедывали яростный социальный антисемитизм, связанный в их пропагандистской риторике с антикапитализмом (на эту проблему обратил наше внимание В.Шнирельман). Однако эта точка зрения опровергается очевидным фактом: у отечественных коммунистов отсутствует стремление "заново открывать" Маркса, не говоря уж о прочих авторах, которых рядовые члены компартии попросту не знают. Если в рядах КПРФ Маркса читают все меньше, а негативных чувств по отношению к евреям испытывают все больше, значит, антисемитизм КПРФ не связан, по крайней мере, непосредственно, с позицией основателя научного марксизма.
3 Наиболее подробный анализ всего спектра левых политических партий и группировок в постсоветской России см. в издании: Тарасов А., Черкасов Г., Шавшукова Т. Левые в России: от умеренных до экстремистов - М.: Институт экспериментальной социологии, 1997.
4 А.Макашов заявлял со всей откровенностью: "Мы - антисемиты и должны победить" (Хитаров Д. Генерал-коммунист собирает свою "черную сотню"// Итоги, 2 марта 1999.).
5 См.: Михайловская Е. Кондратенко - националист в Сенате - Верховский А., Михайловская Е., Прибыловский В. Национализм и ксенофобия в российском обществе. М.: ООО "Панорама", 1998. С. 106-119.
6 См., например: Тетекин В. Изранен храм Рождества Христова// Советская Россия, 24 ноября 2001.
7 Казинцев А., Кожемяко В. Евреи, русские и Солженицын// Советская Россия, 20 октября 2001.
8 Жириновский В. О патриотизме// ЛДПР, № 2 (104), 2000.
9 Жириновский В. Русский вопрос и ЛДПР//ЛДПР, № 5 (107), май 2000.
10 Цит. по: Я - Русский, № 9-10 (91-92), май 2002.
11 Аналитический центр ЛДПР США и Россия в новом веке// ЛДПР, № 2, январь 2001.
12 Жириновский В. Правда остается за ЛДПР// ЛДПР, № 2, январь 2001.
13 Листовка ЛДПР, архив автора.
14 Время (Омск), № 11, май 2000.
15 См., например, статью Н.Лысенко на сайте "Ансар": "Русский народ, находящийся ныне в состоянии глубокого этнического надлома, объективно готов к исламской альтернативе. По крайней мере, такой выбор потенциально возможен для наиболее политически активной и духовно несломленной части русских, то есть для тех русских людей, которые уже сегодня отрицают "ценности" иудеохристианского Запада. Пример русских интеллектуалов, принявших Ислам, может стать духовным маяком для тысяч русских людей... Насквозь прогнившая "цивилизация лжи", основанная на ростовщичестве, распутстве, педерастии и пьянстве, вряд ли выдержит этот неожиданный удар. Мировой этнополитический опыт ясно показывает, что некоторые народы, даже имевшие давнюю и подчернуто чуждую Исламу религиозную традицию, приходили во времена глубочайших внутринациональных кризисов именно в лоно Ислама. Таким путем прошли зороастрийский Иран, православная Алания, поствизантийская Албания. Этим же путем, ломая духовный хребет омерзительной "цивилизации лжи", может последовать и русская Россия".
16 Перминов Ю. Всероссийский сабантуй// Время (Омск), № 23, август 2000.
17 Иоанн (Снычев), митрополит. Творцы катаклизмов// Время (Омск), № 36-37, 2000.
18 Там же.
19 О "еврейском вопросе" в идеологии евразийцев, начиная от отцов-основателей движения и заканчивая позднесоветскими его представителями, см.: Шнирельман В. Евразийцы и евреи// Вестник Еврейского университета в Москве, № 12 (11), 1996. С.4-45. Об антисемитизме Л.Гумилева см.: Рогачевский А.Лев Гумилев и еврейский вопрос//Еврейское слово, № 36 (110), 11-17 сентября 2002. См. также сноску 85.
20 Единоверческая церковь - крайне малочисленное направление в старообрядчестве, сохраняющие дониконовский обряд, но признающее юрисдикцию РПЦ МП.
21 А. Дугин - представитель второго поколения отечественных традиционалистов школы Рене Генона. Первыми в Советском Союзе стали читать, переводить и пропагандировать труды этого французского метафизика ныне покойный Юрий Стефанов и Евгений Головин. О мировоззрении Ю. Стефанова можно судить по посмертному сборнику его статей (Стефанов Ю. Скважины между мирами - М.: Контекст-9, 2002), а недавно вышел и сборник лекций и статей Е. Головина (Головин Е. Приближение к снежной королеве - М.: Арктогея-Центр, 2003). Учениками последнего являются (в порядке старшинства) писатель Юрий Мамлеев, Гейдар Джемаль и Александр Дугин. Дугин приложил больше всего усилий для распространения идей Генона, и, в свою очередь, "вырастил" третье поколение отечественных традиционалистов - Вадима Штепу (автора книги "ИNверсия" (М.: 1998, спецвыпуск журнала "ИNаче") , содержащей, пожалуй, наиболее доступное изложение идей Генона на русском языке), Алексея Карагодина, Аркадия Малера. Правда, сам Дугин, разорвавший отношения со всеми вышеперечисленными, не считает их своими учениками. Одновременно в начале 1990-х годов сформировались несколько независимых от Ю.Стефанова и Е.Головина традиционалистских кружков. История развития, а также недопонимания и искажения идей Р.Генона (который, без сомнения, был одним из величайших мыслителей ХХ века) в России еще не написана. Мы планируем в самое ближайшее время обратиться к этой интереснейшей, на наш взгляд, теме.
22 Концепция Рене Генона излагается по: Генон Р. Кризис современного мира - М.: Арктогея, 1991; Он же. Цивилизация количества и знамения времени - М.: Беловодье, 1994; Он же. Традиция и метафизика - СПб.: Азбука, 2001; Он же. Избранные произведения - М.: Беловодье, 2003 (в двух томах).
23 См., напр.: Эвола Ю. Языческий империализм - М.: Арктогея, 1994; Он же. Евреи и математика/ Эра России, № 8, март 1995. С.6-7. Он же. Люди и руины - М.: Наследие предков, 2002. К концепции Ю. Эволы близка позиция австрийского писателя Густава Майринка, чьи романы Эвола переводил на итальянский язык. В романе "Голем" Майринк с симпатией показал эзотерическую, священную сторону иудаизма; однако с крайне патологической неприязнью вывел образ "еврея" как социальной фигуры (в русском переводе см. напр.: Майринк Г. Голем. Вальпуригиева ночь - М.: Прометей, 1990). Позиция Эволы подтверждает некоторую резонность идеи Ханны Арендт о том, что антисемитизм как таковой был вызван ассимиляцией евреев и началом их массового участия в социальной деятельности окружающих народов (см.: Арендт Х. Истоки тоталитаризма - М.: ЦентрКом, 1996. С.37 и далее).
24 Дугин А. Мессианство Каббалы - Конец света. М.: Арктогея, 1998. С.347.
25 Там же. С. 348.
26 Там же. С. 348.
27 Там же. С. 349.
28 Там же. С. 349.
29 Дугин А. Метафизика нации в "Зохаре" - Консервативная революция. М.: Арктогея, 1994. С..281. "Зохар" - одно из основным произведений еврейской мистики. Надо отметить, что Дугин действительно владеет ивритом (хотя затрудняемся утверждать, в какой степени) и читает оригинальные непереведенные тексты. Другое дело, что при определенной априорной позиции в тексте (тем более таком сложном) можно найти только то, что хочешь там найти, или же просто смело представлять менее образованным читателям не текст, а свое о нем представление.
30 Там же. С.279.
31 Статья публиковалась неоднократно. См., напр.: Русский еврей, № 1 (3), 1998.
32 Склонность российских правых радикалов находить внутри "еврейства" две противоположные силы - отдельная небезынтересная тема. Нашу попытку рассмотреть этот вопрос см.: Лихачев В. Мифологема о "двух еврействах" в рамках праворадикальных политических идеологий современной России - Тирош. Труды по иудаике. Выпуск IV. М.: 2000. С.279-287.
33 Элементы, № 8, 1998. С. 71.
34 Например, в своем выступлении на апологетической в целом конференции "Евразийство - будущее России", Джемаль утверждал: "специфический феномен евразийского духовного котла должен пройти еще полный цикл разложения, прежде чем возникнет прорыв совершенно нового человеческого материала, способного реализовать на территории бывшего СССР принципиально свежий и универсально значимый проект" .
35 Например: "Именно иудаизм, на самом деле, сражается с исламом, пытаясь выставить в передние яды этой драмы изнуренных, обветшалых и околпаченных христиан, которые давно управляются из других мессианских центров" (Проханов А. Огненный ислам [интервью с Джемалем Г.] //Завтра, № 43 (412), октябрь 2001). Кроме того, международное еврейство, руководящее Западом, угрожает и России (в этой идее Джемаль видит базу для союза представителей радикального политического ислама и русского националистического движения): "Смертельный враг ислама - это система международного сионизма, устанавливающая на планете либерально-космополитическую диктатуру. Все эти силы враждебны и России, это они превращают ее в колонию, они вдохновляют геноцид российского народа, они мечтают стереть Россию с географической карты. Таким образом, у мирового ислама и у России - общие враги" "Исламская революция и русский патриотизм".
36 Г. Джемаль, пожалуй, крупнейший в современной России метафизик геноновского направления (да и вообще, интеллектуальная величина первого порядка). Вернее, как и Дугин, Джемаль берет геноновскую схему за основание (скорее в качестве методологии, нежели целиком принимает в качестве идеологии) и делает несколько иные выводы. Согласно Джемалю, нет единой изначальной Традиции, есть два различных явления: традиция пророков и традиция жрецов. Первая обеспечивает спасительную вертикальную связь с Абсолютом (т.е., является скорее положительном полюсом Традиции, хотя оценочные категории в этой области не применимы), вторая - консервирует и убивает Откровение. Пророк - это революционер, пробуждающий в человеке Искру Божью, спрятанную в "глину" материального тела. Жречество же является следствием энтропии, несовершенства человеческого существа. В рамках этой системы наиболее полноценная традиция Откровения - это, конечно, ислам. Раввинистический иудаизм (в отличие от библейского - но тут, по Джемалю, следует различать аутентично-пророческий пласт Библии, и результат поздних редакций) является жреческой традицией и не может оцениваться положительно. Положительно могут оцениваться библейские пророки, однако согласно мусульманской версии священной истории, они не являются "иудеями", а просто "монотеистами" либо даже "мусульманами". См. по этому поводу цикл лекций "Традиция и реальность", прочитанных Г.Джемалем на философском факультете Московского государственного университета. Лекции публиковались в №№ 1-7, 9 "Философской газеты" и доступны в Интернете на личном сайте Джемаля.
37 Коммерсантъ, 19 сентября 2001.

Ссылки на данную статью [1]