11 апреля 2006 года на сайте "Политком.Ру" была опубликована статья Сергея Маркедонова "Как нам поставить русский вопрос", оводом к кторой стали последние события в России - серия судов в которых суд не признал мотива национальной ненависти, и всплеск скинхедского насилия. Автор рассматривает нарастание ксенофобии как угрозу целостности современного российского государства: "Волна русского этнонационализма - это угроза не только правам и свободам человека и гражданина, но в одинаковой степени угроза целостности страны и будущему России" .

Вслед за Эмилем Паиным, С.Маркедонов рассматривает нынешний всплеск националистического насилия и "ксенофобии этнического большинства" как вторую фазу движения этнополитического маятника, ответ на всплеск радикального национализма и сепаратистских настроений национальных меньшинств начала 90-х гг., направленных против империи, - в Татарстане, Башкирии и других регионах

К сожалению, рост самосознания этнического большинства, который сам по себе является позитивным явлением, т.к. символизирует отказ от самобичевания и самоуничижения начала 90-х, сопровождаетсчя эскалацией разнообразных фобий и, соответственно ведет к росту агрессивоности по отношению к "чужим".

С.Маркедонов отмечает, что "массовый спрос на этнонационализм рождает соответствующее идеологическое предложение. Русский этнонационализм перестал быть маргинальным течением. "Русская идея" в различных ее вариантах получила в последние несколько лет полную реабилитацию. Ссылка на "особый русский путь" стала обязательной даже в либеральных изданиях. Сегодня об этнополитической роли русских в сохранении страны говорят высокопоставленные чиновники и депутаты, респектабельные публицисты".

Если к этнонационализму национальных меньшинств экспертное сообщество как внутри страны, так и за рубежом было готово, поскольку рассматривало его как естественный процесс развала империи, то рост русского этнонационализма оказался неожиданным: ""Русское возрождение" дня сегодняшнего рисуется как некий иррациональный порыв темных сил (полуграмотных мужиков, ведомых "образованцами" черносотенного пошиба). В реальности же рост русского этнонационализма - процесс столь же объективный и рациональный, как этническое самоопределение татар, чеченцев или осетин начала 90-х годов".

Разумеется, "закономерность" процесса не может быть оправданием для расистского насилия, однако осознание этой закономерности позволяет более адекватно оценить угрозу нынешнего роста ксенофобии и понять, что он является следствием ошибок и просчетов начала 90-х: обращение к русской общественности исключительно с предложением повиниться за преступления империи, нерешенность проблем этнически русских беженцев из зон вооруженных конфликтов на Кавказе, выдавливание русских из бывших стран СНГ и национальных республик и т.п.: "Именно эти просчеты и ошибки способствовали тому, что "русский вопрос" был монополизирован экстремистами, а "русское возрождение" стало восприниматься как политический реванш.

Формы этого реванша провозглашаются самые разные: от макашовско-кондратенковского черносотенства и молодежного скинхедства до юридически аккуратно оформленного проекта федерального "Закона о русском народе", время от времени извлекаемого на свет Божий из политических "закромов". Однако все версии "русского возрождения" имеют одно и то же идейно-политическое наполнение: крайний этатизм, воинствующее антизападничество и изоляционизм".

По мнению С.Маркедонова, этот "русский проект" не может быть востребован политически, т.к. консервирует и без того немалое отставание России от Европы, лишает ее возможности вернуть себе статус сверхдержавы. "Тем паче что, провозгласив русских венцом мироздания, она обречет себя на перманентный сепаратизм и закроет представителям меньшинств доступ к высшим должностям в стране".

С другой стороны, принятие пресловутого "Закона о русском народе" наверняка никак не отразится на положении этого самого народа, зато "юридические нормы подобного рода способны лишь вызвать эффект домино для российской государственности и стать причиной принятия деклараций о татарском, башкирском, ингушском и других народах". Более того, не останется единым и руский народ, в котором неизбежно появятся субэтносы, которые так же заявят о своем праве на соамоопределение. Ближайший пример - казачество, внутри которого немало сторонников определения казаков как представителей "субэтноса" русского народа, а то и отдельного этноса.

"Русский вопрос", по мнению С.Маркедонова, сегодня остро нуждается в решении. Однако то, как пытается решить его сегодняшняя российская власть равносильно попытке затушить пожар бензином. С.Маркедонов призывает власть понять, что поощрение русского этнонационализма не является методом борьбы с этносепаратизмом окраин.

"В случае если власть пустит процесс "русского возрождения" на самотек, вопрос об удержании окраин отпадет сам собой, поскольку центр страны начнет самоопределяться вплоть до отделения от ненавистных "черных" и "приезжих". И если сегодня русское этнонационалистическое движение представлено разрозненными политическими группами, то завтра велика вероятность "объединительных процессов". Бездействие властей - лучшее подспорье для интеграции защитников тезиса о "России для русских", завершает свою статью С.Маркедонов.