Его осудили за два комментария в Telegram.

28 апреля 2026 года Самарский областной суд вынес приговор жителю столицы региона Григорию Гуськову по ч. 4 ст. 354.1 (осквернение символов воинской славы России, совершенное в интернете), п. «д» ч. 2 ст. 207.3 («фейки об армии» по мотиву ненависти) и ч. 2 ст. 280 УК (публичные призывы к экстремизму, совершенные в интернете). Ему назначено наказание в виде шести с половиной лет лишения свободы в колонии общего режима. В качестве дополнительных наказаний суд назначил Гуськову запрет на администрирование сайтов и каналов в интернете, а также на публичное размещение обращений на три с половиной года.

По сообщению суда, обвинение Гуськова по ст. 354.1 УК было связано с тем, что он опубликовал в Telegram матерный комментарий о Георгиевской ленте, в котором было сказано, что она имеет безобразный внешний вид.

Статус символа воинской славы России закреплен за Георгиевской лентой с декабря 2022 года. Однако, напомним, уголовное преследование оправданно лишь в случае совершения преступлений, представляющих существенную опасность для общества. Судя по всему, комментарий Гуськова содержал лишь его личное отношение к Георгиевской ленте, но в нем не было призывов к насилию, ненависти и дискриминации, поэтому мы склонны считать его преследование по ст. 354.1 УК неправомерным. Напомним также, что в Замечании общего порядка № 34 к ст. 19 (свобода мнений и их выражения) Международного пакта о гражданских и политических правах Комитет ООН по правам человека выражает обеспокоенность в связи с законами о таких действиях, как, в частности, неуважение к флагу и символике.

Обвинения по ст. 207.3 и 280 УК были связаны с другим комментарием. В нем котором Гуськов обвинял российских военнослужащих в «убийстве сотни мирных жителей» в Буче в и заявлял, что их действия являются «захватническими». При этом он призвал к уничтожению российских военнослужащих, участвующих в специальной военной операции на территории Украины, что было квалифицировано как призыв к экстремистской деятельности. Последнее обвинение мы не относим к неправомерным, о проблеме оценки приговоров по таким делам см. здесь.