Новости по теме

Глава 2. Российские мусульмане и антисемитизм

Настоящий материал (информация) произведен и (или) распространен иностранным агентом РОО Центр «Сова» либо касается деятельности иностранного агента РОО Центр «Сова».

2.1. Мусульмане в современной России

Прежде, чем приступить к анализу антисемитизма в российской исламской общине (умме), представляется оправданным хотя бы бегло рассмотреть, кто такие российские мусульмане.

Вопрос о количестве мусульман в современной Российской Федерации не имеет простого ответа. Ислам традиционно исповедают многие народы, проживающие на территории современной России: татары, башкиры, чеченцы, аварцы, кабардинцы, ингуши, карачаевцы, адыгейцы и др.

Для определения представителей этих народов существует термин "этнические мусульмане", и их численность - это максимальная цифра, в которую можно оценивать российскую умму. Хотя неправомочность такого подхода очевидна (секуляризация и порой насильственный отрыв от религии в ХХ веке сильно ослабил позиции мусульман в обществе, и называть всех "этнических мусульман" верующими столь же неоправданно, как и всех русских или украинцев причислять к православным), все же он отчасти оправдан - если ислам и не является реальным вероисповеданием представителей этих народов, все же бесспорно, что мусульманские стереотипы оказывают значительное влияние на их культуру и мировоззрение (что в таких вещах, как традиционные религиозные и этнические фобии, немаловажно).

Максимальная оценка численности мусульман в стране - 15-20 миллионов человек, более реалистичная - 4-9 миллионов россиян(1). Следует также учитывать значительные общины формальных иностранцев из ближнего и дальнего зарубежья, постоянно проживающих или работающих в России (в первую очередь, имеются в виду азербайджанцы, но не только).

На 1 января 1998 года в Министерстве юстиции РФ и его органах в субъектах Федерации были зарегистрированы и действовали 2734 мусульманских религиозных общины, примерно столько же действовали без регистрации. По оценкам мусульманских лидеров, в стране функционирует более 5000 общин.

Единой организации, которая объединяла бы всех российских мусульман, не существует. В отличие от христианства, которое провозглашает, что спасение вне Церкви не возможно, в исламе церковная организация не играет такой роли. Жесткой вертикали власти в исламе нет. В исламе нет жесткого клерикального аппарата, легитимизированного непосредственной передачей благодати. Согласно мусульманским богословам, мечеть - это место собрания для молитвы и для поклонения Богу, в котором не существует алтаря, завесы, в котором нет священника, посредника между верующими и всевышним, наделенного сакрально легитимизированной властью. Имам, который возглавляет молитву, выполняет функцию, аналогичную не христианскому священнику, а скорее иудейскому раввину. Имам предстоит пастве только для того, чтобы остальные, глядя на его движения, синхронизировали свои; он является эталоном этих движений. В традиционном исламе отсутствует понятие "духовного окормления".

В Советском Союзе существовало четыре центральных духовных управлений мусульман: ДУМ Закавказья с центром в Баку, ДУМ Средней Азии и Казахстана в Ташкенте, ДУМ Северного Кавказа в Махачкале и ДУМ Европейской части СССР и Сибири (ДУМЕС), расположенное в Уфе. Духовные управления возглавляются муфтиями. На территории муфтиятов существовали подконтрольные им мухтасибаты - местные центры областного и районного уровня во главе с мухтасибами. Сейчас независимые духовные управления существуют во всех исламских государствах СНГ, большинстве республик и областей РФ.

После распада СССР основные мусульманские центры, равно как и наиболее многочисленная община, оказались в Азербайджане и Средней Азии. Духовное управление мусульман Северного Кавказа быстро сошло со сцены, поскольку во всех республиках провозглашались независимые ДУМы. Таким образом, основную роль в постсоветской России стало играть ДУМЕС. С 1980 года ДУМЕС возглавлял муфтий Талгат Таджуддин. В 1992 ДУМЕС было преобразовано в Центральное духовное управление мусульман (ЦДУМ), единственное тогда подобное объединение на федеральном уровне. Казалось, ничто не угрожало статусу Таджуддина как безальтернативного представителя российской мусульманской уммы. Он даже получил пожизненный титул верховного муфтия.

Однако бурная постоветская действительность быстра внесла свои коррективы. На волне "парада суверенитетов" не без содействия со стороны светских республиканских властей возникли самостоятельные ДУМы сначала в Татарстане и Башкортостане, а затем и в других республиках. В настоящее время религиозной жизнью приверженцев ислама в России руководит в общей сложности 43 Духовных управления мусульман. По инициативе казанского муфтия Габдуллы Галиуллы "раскольники" (не только из упомянутых республик, но и других регионов) объединились под эгидой Высшего координационного совета духовных управлений мусульман России (ВКЦ ДУМР). Через несколько лет ВКЦ ДУМР частично развалился и сократил влияние, а роль основного конкурента ЦДУМа стал играть Совет муфтиев России (СМР).

Основообразующим для СМР стало Духовное управление мусульман европейской части России (ДУМЕР) с центром в Москве. Возглавляющий ДУМЕР (и избранный главой СМР, хотя, естественно, не пожизненно) муфтий Равиль Гайнудтин - сторонник непростой, но дающей неплохие результаты игры на информационном поле. Дипломатичный и изысканный московский муфтий сумел очаровать журналистов, и во многом благодаря организованному им удачному пиару к уфимскому верховному муфтию Таджуддину приклеился ярлык "советского муфтия". Сопредседателем СМР является шейх Нафигулла Аширов.

Определить истинные пропорции влияния альтернативных духовных управлений на мусульман России сложно - сами муфтии склонны преувеличивать собственную поддержку среди рядовых верующих, а местные общин зачастую не хотят влезать в эти распри и не торопятся определяться. Газета "НГ-Религии" приводит такие данные: около 2100 общин находится в юрисдикции ЦДУМ (это практически совпадает с самооценкой), более 3000 относятся к СМР(2).

Однако надо понимать, что если ЦДУМ - централизированная организация с жесткой иерархической структурой, то СМР - куда более аморфное объединение. В него входят независимые ДУМы, глава каждого из них становится сопредседателем Совета муфтиев (на этих же условиях в СМР было предложено войти и ЦДУМу, естественно, безответно). СМР - скорее консультативный орган, в него входят далеко не только единомышленники, пожалуй, единственная реальная объединяющая черта - неприязнь к авторитарному стилю руководства Таджуддина. Кроме того, многих отталкивает "экуменические" взгляды уфимского муфтия - например, одним из поводов к возмущению было его распоряжение украсить новую мечеть в Набережных Челнах витражом с изображением полумесяца, креста и шестиконечной звезды. Столь смелое решение вызвало волнение среди радикалов и просто консерваторов; витраж сначала бы завешен цитатами из Корана, а затем и просто разбит.

И Таджуддин, и Гайнутдин претендуют на представительство российской уммы перед лицом светских властей и на международной арене. Поэтому оба верховных муфтия стараются поддерживать имидж респектабельных и толерантных религиозных лидеров, не позволяющих себе никакой ксенофобии и заявлений, которые могут быть расценены как проявление средневекового мракобесия. Таджудинн вообще является представителем "исламского экуменизма" (как хорошо заметно на вышеупомянутом примере с витражом в мечети Набережных Челнов). Гайнутдин, хотя и является скорее "традиционалистом", чем "либералом", и постоянно обвинялся в связях как с иностранными, так и с отечественными "ваххабитами", тоже неоднократно выступал за религиозную терпимость. Он осуждал любые проявления антисемитизма(3).

В последнее время, похоже, в качестве объединения мусульман более чем регионального уровня выдвинулся Координационный центр мусульман Северного Кавказа (во главе которого 17 апреля 2003 года Исмаил-хаджи Бердиев сменил Магомеда Албогачиева). Три этих структуры воспринимаются властями как примерно равноправные с точки зрения представительства российской уммы.

Пеструю картину "чересполосицы" ДУМов усложняет продолжающаяся деятельность ВКЦ ДУМР (который также еще претендует на всероссийский размах), Абдул-Вахеда Ниязова (Исламский культурный центр, ИКЦ), Гейдара Джемаля (Исламский комитет), и др. Именно альтернативные, неофициальные исламские авторитеты, не связанные с иерархией ДУМов, но активно действующие на политической сцене, являются наиболее активными антисемитскими лидерами в мусульманской среде.

Россия в какой-то степени копирует установившуюся в других странах с многочисленной мусульманской общиной норму: официально исламские организации и структуры объединяют лояльные властям и склонные к толерантности лидеры, но при этом существует мощный пласт "параллельного", неофициального ислама, приверженцы которого стоят на радикальных фундаменталистских позициях, в частности, со свойственным им антисемитизмом. Известна, например, антисемитская позиция Луиса Фаррахана, лидера крупнейшего объединения американских мусульман - Нации ислама (4).

Конечно, антисемитизм - достаточно эклектичное явление. В нем сложно переплетены предрассудки, свойственные массовому сознанию, религиозные и политические идеологии, циничное использование образа врага и противоречия, основанные на столкновении реальных интересов. Однако, несколько утрируя, можно выделить два основных направления развития антисемитской идеологии современных российских мусульман: это собственно религиозный, догматический антииудаизм и антисионизм (идеология и деятельность, направленная против сионизма, государства Израиль и проводимой им политики), основанной на чувстве панисламской солидарности. Солидарность и ощущение религиозной общности для ислама свойственны, пожалуй, куда больше, чем для других мировых религий: в идеале, вне зависимости от этнической и государственной принадлежности, все мусульмане ощущают свою принадлежность к единой общине, умме. Естественно, что эта идея вступает в противоречие с национализмом народов, исповедующих ислам(5). Однако с точки зрения антисемитизма противоречия нет: для обостренного национального сознания необходим выплеск ксенофобских чувств, и из истории известно, что объектом такового не в последнюю очередь являются евреи, и для традиционного исламского религиозного сознания евреи являются естественным, известным из традиции врагом.

Характерным примером такого симбиоза на основе "общего врага" является Чечня в середине 1990-х годов. Сначала Джохар Дудаев при поддержке национальной интеллигенции пытался сформировать базис для светского этнического государства чеченцев. Однако в трудной ситуации военных действий в целях мобилизации сторонников и иностранной помощи Дудаев был вынужден апеллировать к исламской идее: "Россия... вынудила нас встать на путь ислама, хотя мы и не были хорошо подготовлены к восприятию исламских ценностей"(6). Информационное обеспечение чеченским сепаратистам осуществлял Мовлади Удугов, известный своими антисемитскими взглядами. В результате после временной победы сепаратистов в 1996-1999 годах Чечня стала регионом победившего антисемитизма (что прекрасно иллюстрирует тезис о возможности антисемитизма без евреев - ведь речь идет о мифологии, а не о реальном противостоянии с реальным врагом). Журналисты с удивлением констатировали, что "до войны чеченцы относились к этому народу достаточно доброжелательно, сегодня же ситуация резко изменилась"(7). Чеченские боевики в интервью журналистам утверждали, что "чеченцы стали жертвой мирового сионистского заговора", или что "евреи руками глупых русских убивают мусульман". Грузинский общественный деятель Георгий Заалишвили, который в течение года был в плену в Чечне, вспоминал: "Больше всего фундаменталисты по каким-то причинам ненавидели не русских, а евреев. Они снабжали меня литературой, которая в основе своей была такой же, которую распространяют в Москве "Память" и ей подобные организации. Жидо-масонский заговор был одной из излюбленных тем для бесед"(8). Как нечто само собой разумеющееся утверждалось, что мировой сионизм, захватив власть в христианском мире, ведет борьбу против единственной на мировой арене еще не покорившейся силе - мусульманской уммы. Чечня - один из фронтов этой тотальной мировой войны сионизма с исламом. Чеченские радикалы участвуют в том же конфликте, что и палестинские или ливанские. Исход войны зависит от борьбы на всех фронтах. Понятно, что подобная пропаганда была предназначена в первую очередь для привлечения средств со стороны различных радикальных исламских фондов, однако она весьма удачно способствовала консолидации самих чеченцев.

Вторжение исламистов в Дагестан летом 1999 года было провозглашено его инициаторами продолжением борьбы не с русскими, а с "мировым сионизмом", а конечной целью начавшейся войны - "освобождение Иерусалима"(9).

Таким образом, на чеченском примере очевидно, как гремучая смесь догматического исламского и совершенно мифологического конспирологического антисемитизма может стать основой для агрессивной и - в условиях прямого конфликта - относительно популярной в мусульманской среде идеологией, прямо провоцирующей на кровопролитие.

2.2. Догматический антииудаизм: идеология исламских фундаменталистов

Ислам, равно как и христианство, в силу особенностей своего генезиса и вероучения, имеет определенные ярко выраженные догматические претензии к иудаизму. Антиудаизм является фундаментальной частью мусульманского вероучения, и отражен в религиозных памятниках почти с самого начала проповеди Мухаммада. Аналогия с христианством напрашивается, хотя в христианстве напряженность во взаимоотношениях с иудаизмом в силу совершенно очевидных элементов обеих доктрин (особенно - в области сотериологии и христологии) несколько более обостренная(10).

В Коране антииудейские пассажи, порой довольно агрессивные, весьма многочисленны. Согласно священной книге мусульман, например, те из иудеев, "которые не уверовали - в Огне геенны, вечно прибывая там. Они - худшие из тварей" (11) (правда, необходимо отметить, что можно найти и прямо противоположные по смыслу аяты(12) ). Несомненно, что Мухаммад и другие лидеры раннего ислама были уверены, что люди, знакомые с Библией, должны скорее принять мусульманскую проповедь, чем язычники. Когда же этого не произошло - христиане и иудеи (причем последние - даже в большей степени) не торопились признавать в Мухаммаде последнего пророка, мусульманские проповедники обрушили на них всю тяжесть своего негодования и религиозного пыла. Однако исторически так сложилось, что христиане и иудеи находились в мусульманских странах в несколько привилегированном положении по сравнению с язычниками - если последние считались "неверными", и по отношению к ним исламское право допускало применение насилия, то народы, исповедующие "религии Откровения" (евреи, христиане, мандеи, зороастрийцы) считались "людьми Писания" (зимми) и, по крайней мере, теоретически, находились под защитой властей(13). Эта двойственность отношения к "людям Писания" сохранилась в исламе до сих пор.

В Средние века религиозная нетерпимость и фанатизм были одинаково свойственны практически всем религиям, которым посчастливилось на более или менее продолжительный период времени получить статус государственной. Но времена изменились, и конфессиональная ментальность вместе с ними. В современном мире нормой стали попытки взаимопонимания между представителями различных религий и межконфессиональный диалог. В качестве ответа на попытки модернизации религии возник фундаментализм - движение за возвращение в мифологическое прошлое, к "незамутненным истокам" веры. Будучи универсальным явлением (всем религиям мира приходится сегодня иметь дело с одной и той же реальностью), фундаментализм существует и в авраамических религиях, и в индуизме, и в буддизме. Но в силу целого ряда конфессиональных особенностей, именно в исламе фундаментализм завоевал наиболее прочные позиции и стал заметной политической силой.

Исламский фундаментализм, как и любой другой, агрессивен. Эта агрессия концептуальна оформлена в идее "джихадизма", согласно которой джихад - это естественное состояние верующего, тот, кто отказывается принимать посильное участие в джихаде не может быть назван мусульманином, ибо джихад якобы является одним из "столпов веры" наряду с хаджем в Мекку и пятикратной молитвой каждый день, а то и важнее прочих "столпов". Джихад при этом понимается исключительно узко - только как священная война с неверными (в традиционном исламе это называется термином "малый джихад", в то время как "великий" - это джихад с Шайтаном или джихад с собственной душой)(14).

Столь примитивное понимание сути ислама как Священной войны с неверными оказалось идеальным для мобилизации сторонников в случае возникновения вооруженного конфликта мусульманского и немусульманского государств или сообществ. В исламе мостик между отвлеченным богословием и политической деятельностью перекидывается весьма легко, и в конфликтных ситуациях и искрение верующие, и циничные политики легко начинают апеллировать к религии. Идеи мусульманского фундаментализма (салафийи, ваххабизма, джихадизма) с конца 1970-х годов эксплуатировались и продолжают эксплуатироваться в разных точках земного шара в условиях политических, социальных и этнических конфликтов. Когда история "вернулась" на одну шестую часть суши и советский строй пал, раздираемый сотнями внутренних противоречий, среди прочих ранее незнакомых реалий нашим соотечественникам неожиданно пришлось столкнуться и с мусульманским фундаментализмом. В России он нашел себе благодатную почву.

В условиях конфликта с христианским миром исламистам приходится пересматривать относительно терпимую концепцию "зимми". Для мусульманских фундаменталистов характерна точка зрения, что христиане и иудеи являются неверными, и против них следует вести Священную войну. Основание для своего радикализма исламисты, в первую очередь те, кто известен в России под именем ваххабитов, что христиане и иудеи отошли от жесткого единобожия: "Да падет проклятие Аллаха на иудеев и христиан, которые превратили могилы своих пророков в храмы!"(15), они "относятся к числу наихудших созданий перед Аллахом"(16). Причем по крайней мере в отдельных идеологических материалах, доказывающих отход иудаизма и христианства от строго монотеизма, иудаизм выделяется особо, и именно против него обращены полемические стрелы. Одним из возможных обоснований этой именно антииудейской заостренности являются мифологизированные представления о ранней истории ислама. Ниже мы подробнее рассмотрим эту тему, пока в качестве иллюстрации приведем только одну цитату: "Изучение исторического прошлого евреев привело мусульман к тому, что нельзя полагать больших надежд на тех, история которых состоит из подобных событий. Если вы будете встречаться с жестокостями этих отвратителей, это может разочаровать вас и сломить ваше сердце. Этот народ на протяжении длительных веков отвратился и испортился. Они издеваются над айатами, от послушания которых ваши сердца бьются. Они исковеркали истинную религию и вносили в нее изменение, как им хотелось"(17).

В конспектах ученика фундаменталистского учебного заведения "вера в разрушительные доктрины, такие как... иудаизм, коммунизм, иудейское еврейское масонство" названа "тягчайшим грехом"(18). Соседство иудаизма с коммунизмом и масонством объясняется дальше: согласно автору конспектов и его преподавателям, "иудаизм стоит за спиной всех врагов Аллаха и каждой разрушительной доктрины, подрывающей мораль и духовные ценности. Мировой иудаизм внедряет в ряды масонских лож принципиальных, хитрых и осведомленных мыслителей, которые не только идут в ногу с каждой исторической эпохой, но и гибко приспосабливаются к конкретным условиям каждой нации, народа и страны"(19). Этот пассаж из конспекта ваххабита представляет собой развернутое и слегка измененное изложение тезиса про "иудаизм, который стоит за спиной всех и каждой разрушительной доктрины, подрывающей мораль и духовные ценности" из популярной книги (своего рода мусульманского фундаменталистского "катехизиса") Мухаммада ибн Джамил Зину(20) .Более того, согласно одной распространявшейся в Карачаево-Черкесской республике листовке, "иудеи весьма преуспели в своем умении разрушать народы с помощью женского соблазна и очарования"(21).

Очевидно, что в отличие от средневековых мусульман, для современного исламского фундаменталиста антиудаизм - не просто часть последовательного и бескомпромиссного исповедания собственной веры; это скорее часть мифологизированной в конспирологическом ключе политической идеологии, которая может быть названа антисемитской в полном смысле этого слова. Современный исламский фундаментализм - скорее политическое, нежели действительно религиозное движение, и антисемитизм занимает в нем немаловажное место, способствуя мобилизации и консолидации сторонников перед лицом общего (правда, мифологического) врага, который описывается в религиозных терминах, но при этом распознается в политических реалиях.

В качестве политической идеологии исламский фундаментализм объявляет войну современный западным демократическим ценностям как "еврейским": "суть демократического общества состоит в том, чтобы евреи... могли без проблем развратничать, лгать и обманывать"(22). Другой автор пишет: "Любой, кто отрывает умму от ее религии и Корана может быть только еврейским агентом - вольно или невольно, вне зависимости от происхождения"(23).

Особенностью антисемитов-мусульман является то, что они не просто борются с евреями как проводниками модернизма, демократии и, по мнению исламистов, несовместимых с Кораном общечеловеческих ценностей: борьба приобретает характер противостояния с метафизическим, абсолютным Злом. Популярный и авторитетный исламский богослов пишет: "Аллах приказал мусульманам бороться с друзьями Сатаны повсюду, где они могут быть найдены. И среди друзей Сатаны - наверное, его лучшие друзья в наше время - евреи"(24).

Исходя из собственного понимания проблемы, мусульманские радикалы, обращаясь в прошлое ислама, видят там только подтверждение своих взглядов. Так, например, на наиболее популярном мусульманском веб-сайте "Независимый исламский информационный канал "Ислам.ру"" была опубликована статья Мохаммеда аль-Аси "Правда и кривда о мусульманах и сионистах со времен Пророка (мир ему) до наших дней". Автор цитирует несколько традиционных жизнеописаний пророка Мухаммада, в которых фигурируют евреи, узнающие в основателе ислама посланника Всевышнего, и, иногда, подозреваемые в дурных замыслах по отношению к нему(25). Из этих легенд автор делает вывод: "...Когда же предсказанное Библией время появление Пророка (мир ему и благословение) пришло, и стало ясно, что он будет не из евреев, то они не на шутку встревожились. Вскоре в их среде возникла идея заговора против Посланника Аллаха (мир ему и благословение), оправдываемая тем, что он покушается на религиозно-национальные привилегии иудеев. Не будет преувеличением сказать, что народ, чья история знает нападки и предательские убийства Пророков и апостолов, если проповедуемое ими было не в интересах Израиля, по этой же причине мог вынашивать идею устранения Мухаммада".

В этом тексте интересно не только то, что автор легко верит (или делает вид, что верит) раннесредневековым антииудейским легендам, и оправдывает ими дальнейшее насилие над иудеями в Мекке. Автор перекидывает "мостик" от событий тех лет к нашему времени, прекрасно иллюстрируя, каким образом догматический антииудаизм мусульман становится параноидальным политическим антисемитизмом: "В атмосфере современной политики, где существует Израиль, в котором прекрасно осознают, какую угрозу представляет Ислам для глобального господства сионистской элиты, прекрасно видно, что общественные настроения схожи с теми, что были во времена Пророка (мир ему и благословение), сегодняшние политические потомки Бану канида, Бану надир и Бану курайда (семитские племена, проживавшие на аравийском полуострове и исповедовавшие иудаизм - прим. В.Л.) стремятся найти союзников в среде международной финансовой и промышленной олигархии. Последние же, несмотря на то, что у них есть возможности узнать и принять Пророка (мир ему и благословение), предпочитают по-прежнему лишь преследовать свои узкокорыстные интересы и навязывать чуждые подавляющему большинству населения планеты ценности".

А анонимный проповедник, чьи выступления на аудиокассетах ходят по Северному Кавказу, на основе тех же историй приписывает самому Пророку совсем категоричный вывод, насколько нам известно, в традиции не зафиксированный: "Евреи... Они всегда говорят ложь... Когда Мухаммад заключал договоры, они всегда нарушали это. Мухаммед пришел к решению и сказал мусульманам, всем своим сподвижникам: "тот, кто увидит еврея - убей его""(26).

2.3. Антисионизм: идеология, доступная массам

Таким образом, догматический и конспирологический антисемитизм прочно увязывается в идеологии мусульманских радикалов с агрессивной критикой государства Израиль. Антисионизм возможен у мусульман в различных формах - от выражения солидарности с "борющимся палестинским народом" до выражения поддержки фанатикам-террористам. Но если позволить себе заявления о готовности послать отряд добровольцев для участия в войне в Святой земле против "неверных и сионистов" могут только такие радикалы, как М. Удугов, то поддержка "справедливого права палестинского народа на создание независимого государства со столицей в Иерусалиме" - общее место для всех российских мусульманских лидеров. В этом опасность антисионизма.

Догматический антииудаизм в полной мере может быть частью идеологии только исламских фундаменталистов. Он подразумевает серьезное отношение к основам мусульманской веры, что в условиях достаточно своеобразного российского ислама, столетиями находящегося в активном взаимодействии как с православием, так и с языческими традициями народов России, означает острый конфликт с общепринятыми, традиционными формами ислама в нашей стране. Кроме того, фундаментализм подразумевает бескомпромиссную борьбу не только с иудаизмом, но и с христианством, и даже в еще большей степени - с светской демократической моделью государства. Неизбежный конфликт с властью и с заинтересованным в стабильности исламским духовенством толкает радикалов в подполье, что, конечно, чревато экстремизмом и террористическими методами борьбы, однако все же обрекает фундаменталистов на маргинальность. Антисионизм же вполне может быть приемлемым как для широких масс верующих мусульман (в силу чувства солидарности с палестинской частью уммы), так и для политического истеблишмента современной России (в силу традиций советской пропаганды).

Антисионизм был частью официальной идеологии и пропаганды советского режима. Поэтому мусульманские лидеры легко находят по этому вопросу общий язык с российскими коммунистами. С учетом антисемитизма, имманентно присущего Коммунистической партии Российской Федерации и некоторым ее первым лицам, эта тенденция приобретает значительный размах. Газета "Советская Россия" после начала нынешней интифады почти в каждом номере публикует пропалестинские материалы, иногда - с весьма несдержанной критикой Израиля, переходящей в откровенно антисемитскую риторику. Как бы это не показалось странным, даже некоторые православно-фундаменталистские издания (например, "Русский вестник", "Радонеж" или "Русский дом") освещают противостояние в Святой земле исключительно с палестинской точки зрения(27), а представители Палестинской автономии, со своей стороны, постоянно подчеркивают положительные контакты с православной Церковью. Хотя в качестве "козыря" антисионистской пропаганды в российской православно-патриотической прессе используется тот факт, что среди палестинцев есть христиане, однако подача материала однозначно свидетельствует, что речь скорее идет об общей платформе на базе антисемитизма. Так, акции израильтян (армии или иудейских радикалов) против христианских зданий Святой земли находятся в центре внимания православной печати, но при этом аналогичные - и не более редкие - действия мусульманских радикалов находятся вне прицела российской прессы.

Тезис об антисемитизме как общей базе для исламских радикалов и российских национал-патриотов (особенно, в силу традиции, просоветской, национал-большевистской ориентации) может быть проиллюстрирован на примере избирательного объединения "Движение в поддержку армии" (ДПА), участвовавшего в выборах в Государственную думу в 1999 году. Лидеры движения - Альберт Макашов и Виктор Илюхин - откровенно позиционировали избирательное объединение как противостоящее "сионистам". В общефедеральный список движения вошел один из лидеров российских исламских фундаменталистов Гейдар Джемаль, неоднократно выступавший с радикальной антисемитской пропагандой.

Конечно, в вышеупомянутом случае речь идет о маргиналах политической сцены. ДПА завоевало всего 0,58% голосов избирателей, а Г. Джемаль не представляет никакой всероссийской мусульманской организации. Другие факты сотрудничества русских и исламских радикалов носят столь же маргинальный характер (например, функционирующий на сайте Национально-патриотического фронта "Память" Дмитрия Васильева раздел "Радио Ислам" или сотрудничество главного редактора этого "радио" Ахмеда Рами с издателем санкт-петербургской радикальной антисемитской газеты "Наше Отечество" Евгением Щекатихиным). Полноценной смычки русских националистов и исламских фундаменталистов не произошло, да и вряд ли это возможно - объединяет их только антисемитизм, и, отчасти, антизападничество, а разъединяют многие куда более принципиальные факторы (например, чеченский вопрос).

Несколько более серьезным фактором является усиление антисемитских тенденций в широких кругах российских мусульман. Антисионизм вполне понятен и приемлем для российских мусульман, но под его маской можно протащить не только критику государства Израиль, но и вполне антисемитские в прямом смысле этого слова конспирологические идеи.

Толчком к обострению подобных тенденция стали террористические акты против США 11 сентября прошлого года и последующая реакция западной общественности. Российские мусульмане уверены, что "Запад объявил войну исламу", и ищут (и находят) за спиной у мифического агрессивного "Запада" еще более мифических сионистов.

Так, на наиболее популярном отечественном мусульманском интернет-ресурсе "Ислам.ру" была опубликована редакционная статья "Теракты в США: кому это выгодно?". Авторы статьи совершенно уверены, что "никто из мусульман по религиозным основаниям такого действия совершить не мог", "шумная" же "компания в СМИ по обвинению Ислама и мусульман" является частью плана, автором которого является или Израиль, или "международная финансовая мафия". Какая выгода от терактов Израилю?, задаются вопросом авторы, и отвечают на него: "По всем направлениям... Происходит ослабление мусульманских стран, которые не хотят признавать законной оккупацию Израилем чужих земель; дискредитируется сам Ислам - религия, проповедующая подлинный монотеизм, очищенный от языческо-иудейского нацизма. Израилю удается натравить христианскую общественность на мусульман, столкнуть две крупнейшие религии мира, так что христиане, идя на поводу у Израиля, становятся его "боевым слоном"... Под предлогом борьбы с терроризмом Израиль получает право безнаказанно совершать акты террора против палестинского населения на оккупированных территориях. Израиль получает возможность "задавить" палестинцев, закрепить и легитимизировать фактическую аннексию чужой собственности".

Правда, авторы статьи не утверждают однозначно вину Израиля, а предлагают альтернативную версию, возложив ответственность за заговор, приведший к терактам, на "международную финансовую мафию, стоящую за евро и пытающуюся обвалить доллар". Однако эта "мафия" тоже имеет ярко выраженные этнические черты, ведь речь идет о "европейском олигархическом капитале (Ротшильд и компания, Израиль)".

Подчеркнем, что подобные идеи пропагандируются не на контролируемом радикалами сайте типа kavkaz.org, а на солидном (и самом популярном!) российском мусульманском интернет-ресурсе.

В статье "Иудейский миф как "средство борьбы с терроризмом"", опубликованной на том же сайте, редакция снова возвращается к этой теории заговора, повлекшего за собой теракты и "войну против мусульман". Согласно версии этой статьи, США, преследуя геополитические цели, сами породили международный терроризм, и теперь он, по парадигме Голема, вышедшего из-под контроля, стал опасен для его создателей. Однако и здесь "еврейская тема" не ограничивается упоминанием легенды о Големе: согласно авторам, создание американскими спецслужбами "исламской дуги нестабильности от Балкан до Суматры" "влекло за собой конфликт мусульман и христиан, а значит, и двух из трех авраамических религий, что объективно играло на руку только ортодоксальным иудеям".

Насколько можно судить по обсуждению этих статей на форуме сайта, российским мусульманам такая трактовка мировых событий оказалась близка.

Таким образом, антисемитизм имеет относительно прочные позиции в среде российских мусульман. В форме догматического антииудаизма, он является традиционной частью исламского вероучения; в форме антисионизма он вполне может претендовать на популярность в современном российском политическом и культурном контексте. Переплетаясь и взаимодополняясь, эти антисемитские доктрины образуют сложный и причудливый идеологический лабиринт, ведущий к панароидальным конспирологическим теориям "всемирного еврейского заговора".

1 См. например: Тульский М. Ислам в неисламском мире// Независимая газета, 29 сентября 2001.
2 Подробнее о взаимоотношениях российских мусульман см, например: Лихачев В. Расколотая умма// Лига наций, 5 мая 2000.
3 См. например: Кутаков А. По ком звонит колокол?// Вестник "Да", № 4, 1998.
4 Подборку материалов об антисемитизме в идеологии Нации ислама и Л. Фаррахана см. на веб-сайте Антидиффамационной лиги.
5 См., например: Левин З. Ислам и национализм в странах зарубежного Востока. Идейный аспект - М.: Наука, Главная редакция восточной литературы, 1988.
6 Tearms of War and Peace// Time, 1996, March. P.19.
7 Ротарь И. Пылающие обломки империй. Заметки военного корреспондента - М.: Новое литературное обозрение, 2001. С. 52.
8 Независимая газета, 28 февраля 2001.
9 См. эти, и другие высказывания рядовых боевиков и их лидеров - М. Удугова и Ш.Басева - зафиксированные журналистом Игорем Ротарем: Ротарь И. Под зеленым знаменем ислама. Исламские радикалы в России и СНГ - Научные доклады и дискуссии. Темы для двадцать первого века. Вып. 12. М.: АЙРО-ХХ, 2001. С.40
10 Согласно альтернативной точке зрения, антисемитизм не был свойственен исламскому миру вплоть до ХХ века; мусульманский антисемитизм сформировался только под влиянием политического конфликта на Ближнем Востоке. Например, автор хрестаматийной книги "Семиты и антисемиты" Бернард Льюис пишет: "На протяжении длительного времени существовали только "нормальные" предрассудки по отношению к соседнему народу, отличающемуся религией, культурными традициями или этническим происхождением. Однако в нынешнем веке противостояние с Израилем и его народом приняло форму антисемитизма - вышедшего за рамки предрассудков губительного мировоззрения, воспринимающего евреев в качестве мирового зла" (Lewis B. Semites and Anti-Semites. An Inquiry into Conflict and Predejudice - New York, London: W.W. Norton & Company, 1999). На наш взгляд, все же отнюдь не только политическое противостояние ХХ века стало причиной возникновения антисемитизма (хотя нет сомнения, что оно способствовало резкому обострению юдофобии, существовавшей и ранее). Все же в традиционном исламе с самого начала присутствовали значительные элементы юдофобии. Конечно, до ХХ века в исламских странах евреи не демонизировались так, как это было в средневековой христианской Европе; однако, на наш взгляд, все же отношение к евреям со стороны мусульман никогда не ограничивалось набором "нормальных" предрассудков. Подробнее см.: Гойтейн Ш. Евреи и арабы - М. - Иерусалим: Гешарим - Мосты культуры, 2001/5761.
11 Коран, 98:6 (Сура "Ясное знамение"). Цит. по: Коран (пер. Крачковского И.) - М.: Раритет, 1990. С.493.
12 Напр.: "Поистине, те, которые уверовали, и те, кто обратились в иудейство, и христиане, и сабии, которые уверовали в Бога и в Последний день и творили благое, - им их награда у Господа их, нет над ними страха, и не будут они печальны". Коран, 2:62 (Сура "Корова"). Цит. по: Коран (пер. Крачковского И.) - М.: Раритет, 1990. С.21. "Сабии" - это мандеи, небольшая этно-конфессиональная группа, генетически восходящая к иудейскому гностицизму, хотя и с заметными элементами, заимствованными из иранской традиции.
13 Об антисемитизме в традиционном исламе см.: Лихачев В. История антисемитизма... С.16-18; Chanes J. A Dark Side of History: Antisemitism Through the Ages. - NY.: Anti-Defamation League, 2000. P.89-103.
14 См.: Ханиф С. Что должен знать каждый об исламе и мусульманах - К.: Молодь, 1998. С.233. Вообще, термин "джихад" означает отнюдь не "Священную войну", а "усердие (усилие) в вере". См.: Родионов М. Ислам классический - СПб.: Петербургское востоковедение, 2001. С.235. Этимологически, по одной из теорий, само слово "джихад" происходит от слова "еврей".
15 Тамими М. Книга единобожия. - М.: Бадр, 1999. С.119.
16 Программы по изучению шариатских наук - М.: Ибрагим Аль Ибрагим, 1999. Раздел "Хадисы и термины". С.62.
17 Сайд Маудуди. Толкование Величественного Корана. Суры: аль Фатиха и аль Бакара - Б.м. Б.г. С. 95.
18 Ярлыкапов А. Кредо ваххабита// Диа-Логос. 2000-2001. Вып. III. С. 232. Ахмет Ярлыкапов обнаружил и опубликовал в нескольких научных изданиях выдержки из конспектов ученика религиозного учебного заведения в Кадарской зоне (со своими комментариями). Тетрадь попала в руки Ярлыкапова в ходе полевого исследования в Республике Дагестан летом 1999 года. Имя автора конспекта, написанное на обложке тетради, Ярлыкапов в своих публикациях не указывал, видимо, по этическим соображениям.
19 Там же. С.243.
20 Зину М. Исламская акида - вероучение, убеждение воззрение - по Священному Корану и Достоверной Сунне - М.: Бадр, 1998. С.68.
21 Зачем нужен хиджаб. Листовка. Цит. по: Кратов Е. К вопросу об идеологии современного религиозно политического экстремизма (на основании материалов, распространяемых в Карачаево-Черкесской республике) - Терроризм и политический экстремизм: вызовы и поиски адекватных ответов. М.: Институт военного и политического анализа, 2002. С. 142.
22 Высказывание из северокавказской ваххабитской газеты "Каф". Цит. по: Музаев Т. Этнический сепаратизм в России - М.: ООО "Панорама", 1999. С.54.
23 Сейид Кутб. Наша борьба с евреями. С.2. Произведение имело хождение в виде самиздатской брошюры в кругах, близких к Исламской партии возрождения в начале 1990-х годов. По всей видимости, в основу издания лег английский перевод книги (Qutb S. Our Struggle With the Jews - Cairo, 1970), изданный под одной обложкой с "Протоколами сионских мудрецов".
24 Эти слова принадлежат шейху Абд аль-Халим Махмуду, ректору наиболее авторитетного мусульманского теологического университета - Аль-Азхар в Каире (книга al-Jihad wa al-Nasir (Священная война и победа), цит. по: Nettler R. A Muslim Fundamentalist's View of the Jews - Vidal Sassoon International Center for the Study of Antisemitism, The Hebrew University of Jerusalem. Pergamon Press, 1994. P.21). В университете Аль-Азхар проходили обучения многие духовные лидеры российских мусульман, в том числе - Т. Таджуддин.
25 Подборку переводов этих жизнеописаний см. в издании: Хрестоматия по исламу - М.: Наука, Издательская фирма "Восточная литература", 1994. В одном из жизнеописаний христианский монах Бахира говорит дяде Мухаммада Абу Талибу, воспитывавшему мальчика: "Храни его от иудеев. Видит Аллах, если они разузнают о нем факты, известные мне, то попытаются навредить ему. А твоего племянника ждет большое будущее" (Ибн Хашим. Жизнеописание господина нашего Мухаммада, посланника Аллаха - Хрестоматия по исламу. С. 15).
26 Дружба и непричастность в исламе. Аудиокассета. Цит. по: Кратов Е. Указ. соч. С.143.
27 См., например: Радонеж, № 2 (120), 2002; Русский дом, № 12, декабрь 2001; и др.